Сайт работает в тестовом режиме!
15 Сентябрь, 2026   |   4 Раби ас-сани, 1448

город Ташкент
Фаджр
04:43
Шурук
06:03
Зухр
12:18
Аср
16:43
Магриб
18:37
Иша
19:52
Bismillah
15 Сентябрь, 2026, 4 Раби ас-сани, 1448

Толерантность, как важный фактор обеспечения стабильности и развития государства

17.11.2021   4522   8 min.
Толерантность, как важный фактор обеспечения стабильности и развития государства

Сегодня мы становимся свидетелями того, как кризисные последствия пандемии коронавируса, с которыми столкнулся мир, приводят к обострению межнациональных конфликтов и противоречий на конфессиональной почве. По данным Исследовательского центра Пью (США), в более чем 50 странах мира, где проживает большая часть населения планеты, люди испытывают интолерантное отношение к себе или сталкиваются с достаточно серьезными ограничениями прав и свобод отдельных этнических групп. Особенно люди страдают от последствий развязывания военных действий в том или ином государстве. Преследования, репрессии и дискриминация на основе этнического происхождения, веры или неверия становятся повседневной обыденностью для слишком многих людей. Несмотря на закрепление принципа защита прав человека в законодательстве многих стран мира и международно-правовых документах, данная норма подвергается ограничениям, нарушениям и нападениям в некоторых уголках мира. Поэтому обеспечение толерантности в обществах остаётся коллективной обязанностью мирового сообщества.
Ежегодно 16 ноября в мире отмечается Международный день толерантности (терпимости). В этот день в 1995 году государства-члены ЮНЕСКО приняли Декларацию принципов терпимости. Согласно данному документу, терпимость – это политическая и правовая потребность, обязанность способствовать утверждению прав человека, плюрализма, демократии и правопорядка. Каждый может придерживаться своих убеждений и признает такое же право за другими, при этом взгляды одного человека не могут быть навязаны другим.
ООН в свою очередь призвала международное сообщество в случае необходимости разработать и усовершенствовать национальные законодательства с целью обеспечения в обществах равенства возможностей для всех групп и отдельных людей. В 1996 году Генеральная Ассамблея предложила государствам членам ООН ежегодно отмечать этот день и приурочивать к нему соответствующие мероприятия, ориентированные как на учебные заведения, так и на широкую общественность.
В целях распространения и пропаганды идеи терпимости и ненасилия к Международному дню толерантности приурочена премия ЮНЕСКО, носящая имя Маданжита Сингха (1924-2013 гг.) – индийского художника, писателя и дипломата, посла доброй воли ЮНЕСКО. Премия была учреждена в 1995 году и присуждается раз в два года. Она вручается учреждениям, организациям или отдельным лицам за значительный вклад и эффективную деятельность по укреплению терпимости и ненасилия.
В 2016 году данной премии был удостоен российский Федеральный научно-методический центр в области психологии и педагогики толерантности за его научные и образовательные программы, направленные на поощрение диалога между различными религиозными конфессиями. В 2018 году премия была вручена за пропаганду идеалов терпимости и ненасилия режиссеру Манону Барбо (Канада) и НПО «Инициатива сосуществования» (Кения), а в 2020 году премию получил Центр по урегулированию конфликтов (Демократическая Республика Конго) за работу по защите прав человека, приверженность делу спасения детей-солдат, вовлеченных в ряды боевиков, а также за их реинтеграцию в свои родные общины.
В свою очередь Республика Узбекистан также выражает твердую приверженность обеспечению и укреплению толерантности путем углубления взаимопонимания между культурами и представителями разных наций, проживающих в стране. Данные принципы заложены в основу КонституцииРеспублики Узбекистан и закреплены в национальных нормативно-правовых актах, направленных на защиту и обеспечение прав человека независимо от расы, национальности, языка, религии и социального происхождения.

Конституционные гарантии обеспечивают всем гражданам страны равные социально-политические условия и возможности для реализации их интересов, участия в общественно-политической жизни страны. При этом необходимо отметить, что политика Республики Узбекистан по установлению межнационального и межконфессионального согласия полностью соответствует основным положениям Всеобщей декларации прав человека и другим международно-правовым документам.
Приоритетными направлениями избранного Узбекистаном политического курса стали защита прав и свобод человека, обеспечение безопасности, межконфессионального согласия и толерантности. Данные направления были отражены в Стратегии действий по пяти приоритетным направлениям развития страны в 2017-2021 годах, принятой по инициативе Президента страны Ш.Мирзиёева.
В соответствии с данной Стратегией, обеспечение общественного единства и религиозной толерантности в стране является неотъемлемой частью развития Узбекистана как современного государства. В частности, за последние годы было принято более 50 законодательных актов и около 40 решений в области государственного строительства, обеспечения межнационального согласия, свободы совести и убеждений. Большинство этих правовых актов направлено на расширение прав и свобод граждан независимо от их вероисповедания или национальности, включая активное вовлечение в управление делами общества и государства.
Указом Президента Республики Узбекистан от 19 мая 2017 года впервые в практике Узбекистана создан орган государственного управления межведомственного характера, координирующий реализацию единой государственной политики в сфере межнациональных отношений – Комитет по межнациональным отношениям и дружественным связям с зарубежными странами при Кабинете Министров Республики Узбекистан. Также, в 2019 году была утверждена Концепция государственной политики Республики Узбекистан в области межнациональных отношений, предусматривающая реализацию единой государственной политики в этой сфере, формирование взаимоуважительных отношений между представителями разных национальностей и народов. Была также усовершенствована деятельность Комитета по делам религий, который координирует взаимоотношения госорганов с религиозными организациями.
В настоящее время вышеуказанные государственные учреждения вносят свой весомый вклад в дело обеспечения толерантности, межнационального и межконфессионального согласия в стране.
В обеспечении общественно-политической стабильности велика роль межнационального фактора. Исторически на территории Узбекистана в дружбе и добрососедстве проживали представители различных культур, верований и цивилизаций – разные народы и этнические группы. Даже в самые трудные периоды истории Узбекистана между представителями различных конфессий не было конфликтов на религиозной почве. Мирному сосуществованию во многом способствовали такие издревле присущие жителям региона, независимо от их национальности и вероисповедания, качества, как взаимное уважение, добросердечность, гостеприимство и радушие. Преемственность этих качеств и традиций, передаваемых из поколения в поколение, обеспечивают толерантность в многообразном обществе.
В настоящее время в стране проживают представители больше 130 наций и народностей, ведут деятельность 138 национальных культурных центров и 34 общества дружбы, деятельность которых строится на принципах бережного отношения к истории и всесторонней поддержке культурно-духовных ценностей, национальных традиций и обычаев всех народов и этнических диаспор, проживающих в Узбекистане.
Вместе с тем в Узбекистане ведут свою деятельность более 2300 религиозных организаций 16 различных конфессий в том числе: мусульманская, православная, католическая, лютеранская, баптистская, полного Евангелия, адвентистская и другие христианские церкви, а также религиозные общины евреев, бахаи, кришнаитов и буддистов.

В любом из регионов страны имеются махалли, где мирно и дружно проживают представители разных этносов и конфессий. Они совместно отмечают общенациональные праздники, помогают и поддерживают друг друга. Таким образом в местах их компактного проживания происходит взаимообогащение культур, что является важным элементом обеспечения толерантности в обществе.
В целом, в то время, когда национально-этнические отношения в мире усложняются, и даже в самых развитых странах выходят на первый план проблемы дискриминации, унижения и угнетения представителей небольшого числа наций, избранные Узбекистаном принципы обеспечения межнационального и межконфессионального согласия без преувеличения могут рассматриваться в качестве образцового примера. Образ жизни, народов Узбекистана, формировавшийся на протяжении веков, продолжает служит прочной основой для налаживания диалога народов и межконфессиональной толерантсности в обеспечении стабильности общества и развития государства.

Самариддин Сатторов,
Главный научный сотрудник Института стратегических
и межрегиональных исследований при Президенте
Республики Узбекистан
Пресс-служба Управления мусульман Узбекистана

Статьи
Другие посты
Статьи

Спорные попытки «локализации» турецкого перевода Корана

15.09.2026   864   7 min.
Спорные попытки «локализации» турецкого перевода Корана

Али Реза Сафа, турецкий переводчик Корана, в своей работе стремится максимально заменить традиционную терминологию арабскими эквивалентами на турецкие аналоги. Это вызвало протесты со стороны ряда ученых-богословов страны.

Как сообщает IQNA, в период Османского халифата процесс перевода Корана на турецкий язык столкнулся с застоем из-за религиозных фетв и законодательных запретов на перевод священного текста. Однако после распада халифата этот процесс начал стремительно развиваться.

За последние сто лет в Турции было опубликовано более 150 переводов Корана на турецкий язык. В связи с этим маловероятно, что новые работы могут содержать нечто принципиально новое. Тем не менее, ежегодно появляются новые переводы: как подробные издания с научными комментариями, подготовленные группами академиков, так и частные интерпретации текста.

Жалобы турецких ученых на «искажающий» перевод Корана

Одним из относительно недавних примеров является перевод под названием «Kur’an Gerçek» («Истинный Коран»), автором которого является Али Реза Сафа (Ali Rıza Safa).

Впервые опубликованный в 2014 году издательством İlker в Стамбуле, этот труд подвергся резкой критике. С тех пор вышло несколько изданий: одно — с подробным введением и комментариями (2014 и 2018 гг.), другое — только с самим текстом перевода (в различных редакциях, последняя из которых датируется 2021 годом). Все издания выпущены одним и тем же издателем, а название последних версий было изменено на «Kur’an-i Kerim Gerçek» («Истинный Священный Коран»).

Новые редакции также претерпели некоторые изменения в самом тексте. В 2016 году первый выпуск в городе Кайсери вызвал скандал. Группа местных мусульманских ученых подала жалобу в региональные власти, утверждая, что данное издание содержит искажения священного текста, и потребовала прекратить его распространение. Тем не менее, это не привело к юридическим последствиям для автора или запрету на распространение перевода. Однако возникает вопрос: что именно в этом переводе вызывает столько споров?

Во-первых, практически нет информации об академическом бэкграунде Али Резы Сафы. Он также публиковал книги на религиозные темы, например, «Истинная религия в свете истины» (Стамбул, 2021). Судя по всему, он не имеет связей с официальными научными кругами и институтами исламского богословия Турции. В Турции принято, что религиозные труды публикуют преимущественно выпускники факультетов теологии (Ilahiyat).

В изданиях отсутствует информация об авторе, однако на обложке содержится политически окрашенное утверждение: «Если бы не Мустафа Кемаль Ататюрк, турецкий народ не смог бы читать Коран на турецком языке». В предисловии к версии 2021 года имя Ататюрка упоминается дважды: сначала в посвящении великому деятелю истории Турции, а затем в тезисе автора о том, что именно Ататюрк сделал Коран доступным для чтения на турецком языке после «тысячелетнего запрета».

Это высказывание вызывает ряд вопросов. Безусловно, Ататюрк оказал влияние на процесс, так как современное понимание перевода Корана как самостоятельного текста (а не просто комментария) сформировалось именно в период национальных реформ Республики. Однако многие традиционные мусульманские ученые Турции связывают политику кемализма с секуляризацией и часто рассматривают попытки «тюркизации» ислама, предпринятые в ту эпоху, как нечто спорное, граничащее с ересью.

Перевод: духовный эквивалент или «деарабизация» Корана?

Если проанализировать лексику перевода, можно заметить признаки «секулярного кемализма». В то время как большинство современных турецких переводчиков используют термины, заимствованные из арабского (которые уже стали частью турецкого религиозного языка), Сафа стремится к их полной замене.

Например, при переводе первой суры Аль-Фатиха большинство переводчиков пишут: *«Hamd, âlemlerin Rabbi Allah’adır»* (Хвала Аллаху, Господу миров), сохраняя слово «Rab» (Господь). В то же время Сафа использует конструкцию «Evrenlerin Efendisi Allah’a övgüler olsun»* («Хвала да будет Аллаху, Владыке вселенных»). Здесь ключевым отличием является использование слова «Efendi» (Владыка/Господин) вместо традиционного для исламского контекста «Rab», что является попыткой полностью перестроить религиозный язык на светские турецкие рельсы.

Вместо этого Али Реза Сафа выбирает формулировку «Evrenlerin Efendisi Allah’a övgüler olsun». Здесь стоит отметить его необычный выбор для перевода слова «Rab» (Господь). В то время как почти все турецкие переводчики используют само слово «Rab» (которое также присутствует в турецком языке), Сафа выбирает слово «Efendi», которое носит более светский и обыденный оттенок обращения к уважаемому лицу.

Похожий путь ранее прокладывал Эдип Юксель (Edip Yüksel) — одна из неоднозначных фигур «реформистского ислама». Судя по всему, Али Реза Сафа в своей критике традиционализма следует по стопам Юкселя. В издании 2018 года, комментируя 79-й аят суры «Аль-Бакара», он отвергает концепцию «хадиса кудси» в мусульманской традиции, утверждая, что единственным откровением, полученным Пророком от Бога, является сам Коран.

В переводе религиозной терминологии автор продолжает придерживаться стратегии «локализации».

Например, в переводе 144-го аята суры «Аль-Бакара» он заменяет термин «Аль-Масджид аль-Харам» на «Kutsal yakarış evi» («Священный дом молитвы»).

Похоже, что для Али Резы Сафы эта «туркизация» текста — не только лингвистический вопрос, но и вопрос религиозной практики. В предисловии к изданию 2018 года он открыто высказывает мнение, что во время обязательных молитв (намазов) Коран следует читать на турецком языке, поскольку считает, что понимание смысла слов может «углубить духовность молитвы».

Таким образом, как отмечается в исследовании Байрама Кёсеоглу (Bayram Köseoğlu), опубликованном в 2021 году под названием «Являются ли переводы Корана тем же самым Кораном?», Сафа рассматривает перевод как «духовный эквивалент» арабского оригинала. Это объясняет и скандал, разразившийся вокруг его книги на книжной ярмарке в Кайсери в 2016 году.

Благодаря стратегии намеренной «деарабизации», данный перевод, безусловно, будет вызывать споры в традиционных религиозных кругах. Именно поэтому «Kur’an Gerçek» остается маргинальным трудом, хотя он представляет интерес как объект для изучения сложных процессов взаимодействия секуляризма и традиционализма в современной Турции.

Пресс-служба Управления мусульман Узбекистана

 

Новости мира