В октябре 2014 года сотрудники Свердловского областного краеведческого музея Александр Фроленко, Константин Аникин и Николай Неуймин обнаружили каталог музея Уральского общества любителей естествознания, составленный в 1898 году его хранителем Дмитрием Ивановичем Лобановым.
Знакомясь с содержанием издания, они случайно наткнулись на запись о том, что в фондах музея некогда хранился фрагмент оградки гробницы Темура. Сообщение это, естественно, вызвало повышенный интерес: музейщики захотели разыскать редкий экспонат. Выяснив, что фрагмент экспонировался на Сибирско-Уральской научно-промышленной выставке 1887 года в Екатеринбурге, они обратились за подтверждением к ее каталогу и сопровождающим его документам.
Стало известно, что кусок мраморной решетки, принадлежавший когда-то генерал-лейтенанту А. Баранову, 15 сентября 1887 года был предоставлен им комитету по устройству Сибирско-Уральской выставки, а затем подарен Уральскому обществу любителей естествознания (УОЛЕ). Фрагмент этот был тогда же выставлен в отдельной витрине в номинации «Древности», а его владельца, по итогам выставки, наградили большой серебряной медалью. Затем, вплоть до 1920 года, самаркандская редкость неизменно выставлялась в постоянной экспозиции музея.
Однако затем устоявшаяся жизнь этого хранилища древностей была нарушена: начались скитания его экспонатов. Вместе с другими ценностями коллекции фрагмент оградки из мавзолея Темура некоторое время находился в подсобном помещении екатеринбургской церкви на Вознесенской горке, затем в подвале печально известного Ипатьевского дома, в других временных хранилищах города. А потом, почти в течение целого столетия, пролежал забытым и никем не востребованным в запаснике местного краеведческого музея.
После изучения имевшихся документов сотрудники музея приступили к поискам уникального экспоната. И спустя две недели поиски увенчались успехом - упомянутый фрагмент был найден. У музейщиков, обнаруживших самаркандскую древность, возникла идея воссоздать историю этой находки и устроить в Екатеринбурге выставку одного экспоната, которая могла бы познакомить всех желающих с эпохой Темура, туркестанскими походами русской армии, архитектурными шедеврами Самарканда и личностью генерала А. Баранова. Сотрудников музея интересовал целый ряд вопросов: подлинность фрагмента, наличие его аналогов в музеях Самарканда, история реконструкции оградки мавзолея Темура, публикации на эту тему в Узбекистане. В результате совместных исследовательских поисков и был собран материал, легший в основу этой статьи.
Фрагмент представляет собой мраморный обломок 96 сантиметров в длину, 15 сантиметров в ширину и 5 сантиметров в толщину. Весит этот фрагмент около 20 килограммов. Мраморная решетка, окружавшая захоронение Темура и его родственников, была установлена в 1447 году по приказу его внука Улугбека. Долго ли она существовала в своем первозданном виде – неизвестно. Но вполне возможно предположить, что за прошедшие с той поры четыре столетия она не раз подвергалась деформациям. По свидетельствам мемуаристов, в первые годы после завоевания Туркестана власти не обращали никакого внимания на творящееся безобразие. И этим ловко пользовались дельцы разных мастей, продающие или приобретающие за бесценок уникальные памятники. Потому-то приобретение фрагмента с могилы Темура было обычным фактом тогдашней купли-продажи.
Сохранилось авторитетное письменное свидетельство, что в период пребывания в Самарканде полковника Баранова первоначальная оградка могил в мавзолее Темура уже была разрушена. И потому офицеру, возвращающемуся на родину, было, вероятно, не накладно приобрести ее фрагмент у какого-то местного дельца. Вот это свидетельство, принадлежащее известному ученому-краеведу Николаю Александровичу Маеву: «В прежнее время могильный камень Темура окружен был изящною резною мраморною решеткою; теперь – от решетки сохранился только небольшой кусок. По приказанию генерал губернатора решетка будет реставрирована и, по сохранившемуся случайно образцу, заказана будет другая, алебастровая решетка».
Судя по свидетельству графини П. Уваровой, побывавшей в Самарканде в 1890 году, можно утверждать, что приказание главы края было вскоре исполнено: могильные камни были «обведены низкою алебастровою прорезною решеткой».
В XX веке мавзолей Амира Темура не раз подвергался реставрационным работам. Так, например, в 1916 году был практически полностью переложен свод над склепом и заново переделаны каменные полы. Естественно, что и решетка, окружавшая могильные плиты верхней части усыпальницы и опиравшаяся на этот разобранный пол, не могла сохраниться в прежнем виде. Масштабные реставрационные работы в мавзолее продолжались с перерывами с 1950-х по 1970-е годы.
Последним по времени серьезным изменениям усыпальница Темура подверглась в 1996 году, когда республика готовилась отметить 660-летие со дня его рождения. По фотографиям и обмерным чертежам, сделанным в XIX веке российскими специалистами, были восстановлены два минарета. Что касается екатеринбургской находки, то она представляет собой бесценное свидетельство ушедшей эпохи и нуждается в дальнейшем изучении и сохранении.
Рустам ГАНИЕВ, кандидат исторических наук, “Самаркандский вестник”
Пресс-служба Управления мусульман Узбекистана
В стране, столкнувшейся с острой нехваткой воды, мечеть Абу Обейда в Дейр-Але собирает воду, использованную для омовения (вуду), перед её попаданием в канализационную сеть, и использует её для полива зеленых насаждений.
Как сообщает IQNA со ссылкой на "The Guardian", мечеть Абу Обейда, расположенная в районе Дейр-Ала на западе Иордании (столицы страны), находится в одном из самых жарких и засушливых регионов Иорданской долины.
Тем не менее, деревья и цветочные клумбы превратили территорию вокруг этой мечети в зеленый сад — зрелище, контрастирующее с окружающими сухими и желто-коричневыми холмами.
Полив этих зеленых насаждений осуществляется через систему капельного орошения, трубки которой проложены вдоль земли прямо среди корней деревьев.
Однако вода, используемая для полива, не берется из городской водопроводной сети. Она поступает из кранов, которыми прихожане пользуются для омовения рук, лица и ног перед совершением молитвы.
В стране, где доля возобновляемых источников пресной воды на душу населения составляет всего 61 кубический метр в год, важна каждая капля.
Ахмад Аль-Равасан, основатель Ассоциации охраны водных ресурсов Иордании, курирующий систему рециркуляции воды в этой мечети, говорит: "Люди здесь понимают проблему нехватки воды, потому что живут с ней каждый день. Мы хотели показать, что мечеть, которая сама по себе обучает сохранению ресурсов как религиозной ценности, может и на практике следовать этому принципу."
Иордания с населением более 11,3 млн человек (из которых почти 11 млн — мусульмане) импортирует большую часть необходимых продуктов питания.
Городская водопроводная вода в этой стране строго квотирована, а в некоторых регионах водоснабжение осуществляется лишь 12 часов в неделю. Из-за этого домохозяйства вынуждены полагаться на резервуары для хранения воды на крышах домов.
Ассоциация охраны водных ресурсов Иордании отмечает, что в таких условиях вода, используемая для омовения, приобретает особую значимость.
Согласно научному исследованию 2025 года, мечети по всему миру ежегодно расходуют около 22,5 млн кубометров воды на омовение. По данным Министерства вакуфов Иордании, в стране насчитывается более 7600 мечетей.
Аль-Равасан поясняет: "При омовении не используются моющие средства, поэтому в воде нет химикатов, которые могли бы усложнить процесс очистки. Воду можно очистить простым методом естественного осаждения: пропустив её через пять слоев песка и гравия, а затем использовать для полива."
Трубы, установленные под местом омовения в мечети Абу Обейда, направляют использованную воду в установку очистки. После очистки вода поступает в прилегающие сады для полива деревьев и кустарников, которые в противном случае требовали бы использования ограниченных запасов городской пресной воды Иордании.
Пресс-служба Управления мусульман Узбекистана