04 Октябрь, 2026, 23 Раби ас-сани, 1448
04 Октябрь, 2026, 23 Раби ас-сани, 1448
Заместитель министра иностранных дел Ильхом Неъматов в интервью «Газете.uz (http://%D0%93%D0%B0%D0%B7%D0%B5%D1%82%D0%B5.uz)» рассказал о приоритетах и главных задачах внешней политики Узбекистана в Центральной Азии, о том, почему попытки создать интеграционный процесс в регионе оказывались неудачными и о причинах прежних проблем в отношениях со странами-соседями.
— Какие проблемы были в отношениях Узбекистана с государствами региона прежде?
— Сложившаяся ситуация в отношениях Узбекистана с соседними странами до 2016 года настоятельно требовала пересмотра всего комплекса вопросов. Возникает вопрос: «Почему?»
Потому что многолетние споры, порой даже «противостояние» по таким вопросам, по которым при здравом подходе можно было бы найти разумные решения, приводили не только к разногласиям, но и — очень часто — к пограничным инцидентам.
Основной причиной разногласий было отсутствие компромисса в вопросах водопользования, использования транспортных коммуникаций, делимитации государственных границ между Узбекистаном и соседними странами и пересечения пограничных пунктов. Главной причиной разногласий, повторюсь, было отсутствие компромисса.
Если вы обращали внимание, наш президент, выступая перед активом Ташкентской области два года тому назад, сказал: «Между Узбекистаном и центральноазиатскими государствами имеется накопленный за последние 25 лет огромный лед. Для того, чтобы этот лед растаял, нам придется очень многое сделать совместно с нашими соседними странами».
— Какие изменения произошли в политике Узбекистана по отношению к странам Центральной Азии?
— За прошедшие три года по инициативе президента Узбекистана состоялся обмен визитами на высшем уровне со всеми странами региона. В ходе этих визитов принимались решения по глобальным вопросам, которые представляли взаимный интерес для стран Центральной Азии: в сфере безопасности, экономики, инвестиции, культуры и экологии.
В результате за исторически короткий период произошли колоссальные изменения в лучшую сторону в отношениях Узбекистана со странами региона. То есть, сегодня я могу вам прямо заявить, что мы имеем прекрасные отношения со всеми странами Центральной Азии. Те проблемы, которые были до 2016 года, полностью сняты. Лед, который образовался за 25 лет между Узбекистаном и центральноазиатскими странами, можно сказать, полностью растаял за эти последние три года.
Между лидерами Узбекистана и стран региона укрепился политический диалог. Личное доверие между президентами укрепилось. Сегодня, можно сказать, наблюдается беспрецедентный рост товарооборота со всеми странами региона. По итогам 2019 года мы достигли 5,2 млрд долларов в товарообороте со странами Центральной Азии.
Мои наблюдения показывают, что если до 2016 года ежегодный товарооборот Узбекистана со странами региона в среднем составлял 100−150 млн долларов, то по итогам прошлого года товарооборот со всеми странами в среднем вырос на более чем 50%. С Кыргызстаном товарооборот вырос в 8 раз, Таджикистаном и Туркменистаном — в 5 раз, а с Казахстаном — увеличился на 1 млрд долларов.
В результате открытой, очень конструктивной, продуманной и прагматичной политики Узбекистана по отношению к странам Центральной Азии были найдены решения по очень сложным, запутанным вопросам, таким как вопросы водопользования, делимитации и демаркации государственных границ между Узбекистаном и соседними странами, использования транспортных коммуникаций и пересечения государственных границ.
Мы подписали договор о границе с Кыргызстаном 5 сентября 2017 года в ходе государственного визита президента Узбекистана. 10 марта 2018 года состоялось подписание договора о границе с Таджикистаном. В результате были сняты все ограничения в пограничных пунктах.
Если пять лет назад узбекско-кыргызскую государственную границу пересекали 200−300 человек в день, сегодня — более 30 тысяч в сутки. После подписания договора с Таджикистаном все 17 погранпунктов начали функционировать полноценно. Раньше они были закрыты. Сегодня узбекско-таджикскую границу пересекает 20 тысяч граждан в день. Вот какие изменения произошли в отношениях Узбекистана с соседними странами.
Если пять лет тому назад говорили, что Узбекистан является тормозом интеграционных процессов Центральной Азии, то сегодня этот ярлык со страны полностью снят. Потому что сегодня Узбекистан активно продвигает интеграционные процессы в регионе. Сегодня можно сказать, что отношения Узбекистана со странами Центральной Азии развиваются на основе взаимного уважения, учета взаимных интересов и взаимной выгоды. Эти три кита наших отношений играют главную роль в решении всех проблем.
— Попытки создать диалоговую площадку для стран Центральной Азии предпринимались и раньше, но оказались неудачными. В чем была причина, на ваш взгляд?
— После распада Советского Союза в Центральной Азии были созданы различные организации, но они не имели перспективы.
В 1993 году была создана первая такая организация — Центральноазиатское экономическое сообщество (ЦАЭС) с участием трех государств: Казахстана, Кыргызстана и Узбекистана. Таджикистан присоединился к этой организации в 1998 году, после завершения гражданской войны и установления мира в стране. Эта организация просуществовала до 2002 года.
В регионе Центральной Азии есть различные проблемы политического, экономического, экологического, транспортного характера, а также вопросов безопасности. А само название ЦАЭС ограничивает круг обсуждаемых вопросов экономикой.
Поэтому в 2002 году по инициативе Узбекистана в целях расширения круга поднимаемых вопросов ЦАЭС был преобразован в Организацию центральноазиатского сотрудничества (ОЦАС). Она просуществовала до 2005 года, а 6 октября 2005 года было принято решение объединить эту организацию с ЕврАзЭС (Евразийское экономическое сообщество, упразднено в 2014 году в связи с созданием Евразийского экономического союза — ред.) Решение было принято по договоренностям глав государств в Санкт-Петербурге.
Почему эти региональные организации не имели перспективы? Главная причина — это отсутствие участия всех стран региона. Туркменистан из-за нейтрального статуса не участвовал в этих организациях. Если посмотреть на Центральную Азию как на цельный организм, он будет нормально функционировать, когда все органы нормально работают.
Если перевести на дипломатический лад, то Центральная Азия состоит из пяти государств: Казахстан, Кыргызстан, Таджикистан, Туркменистан и Узбекистан. Если Узбекистан не участвует в какой-то региональной организации, то ни один вопрос, будь он политического характера, экономического характера, гуманитарного характера не будет решен эффективно. Неучастие одной страны в региональной организации не дает возможность ей полноценно функционировать.
— Стоит ли надеяться, что нынешняя инициатива региональной координации будет успешнее и почему?
— Важной платформой для обсуждения вопросов сотрудничества и устойчивого развития региона стала инициатива нашего президента — Консультативная встреча глав государств Центральной Азии. Я уверен, что консультативная встреча имеет большую перспективу, потому что в ней участвуют все страны Центральной Азии.
Главным результатом первой встречи, которая прошла в Астане 15 марта 2018 года, стал поиск новых возможностей для устойчивого развития региона и улучшения отношений между странами Центральной Азии.
Вторая консультативная встреча состоялась по инициативе нашего президента в Ташкенте 29 ноября прошлого года. После Ташкентской встречи сближение стран Центральной Азии приобрело необратимый характер.
По итогам последней встречи было подписано совместное заявление со всеми главами государств. В этот документ вошли все договоренности между главами пяти государств Центральной Азии по вопросам безопасности, торгово-экономического сотрудничества, развития туризма, молодежной политики и, естественно, был затронут вопрос Афганистана. Потому что для всех стран Центральной Азии урегулирование афганского вопроса является архиважным. Потому что основная угроза для Центральной Азии сегодня исходит из Афганистана.
В Ташкенте мы еще подписали регламент консультативной встречи. Согласно регламенту, встреча глав государств консультативной встречи стран Центральной Азии будет проходить один раз в год. Конкретная дата, повестка дня и вопросы, которые будут обсуждаться в рамках предстоящей встречи, согласовываются через дипломатические каналы.
Например, вторую встречу мы планировали в апреле прошлого года, но ситуация потребовала, чтобы мы ее перенесли, она состоялась 29 ноября. Третья консультативная встреча была запланирована на август этого года в Кыргызстане. Если ситуация с пандемией улучшится, то она может быть организована осенью. Все зависит от ситуации с распространением коронавируса.
Сейчас мы работаем над проведением третьей встречи в Кыргызстане. Документы, которые будут подписываться в рамках этой встречи, разрабатываются в режиме онлайн. Первую встречу экспертов мы провели 20 февраля в Бишкеке, тогда еще была очная встреча. Вторую встречу 22 июня мы провели в режиме онлайн.
— Прогнозы по водообеспеченности ЦА неутешительны: ледники истаивают, реки мелеют, население быстро растет. Какая организация послужит эффективной платформой для ответственного планирования, управления водными ресурсами и контроля за качеством водных ресурсов в ЦА и Афганистане? Что надо делать, чтобы странам в низовьях хватало воды летом?
— В Центральной Азии источником воды являются реки Амударья и Сырдарья. Мы находимся между двумя этими реками.
В советское время не было никаких проблем, все планировалось централизованно. Мы, страны низовья, поставляли странам верховья, Кыргызстану и Таджикистану, газ и другие энергетические ресурсы. Когда надо, мы покупали излишек. Когда Советский Союз распался, естественно, вошли в норму принципы рыночной экономики и появились определенные проблемы.
Узбекистан использует большой объем воды в Центральной Азии, потому что у нас большое население и экономика. Потребность воды в регионе постоянно растет: увеличивается население, расширяется экономика, развивается промышленность и сельское хозяйство. С другой стороны источники воды сокращаются.
Сегодня благодаря открытой и конструктивной политике Узбекистана мы этот вопрос решили. Если мы долгое время препятствовали, можно сказать, строительству некоторых объектов в соседних странах, например, Рогунской гидроэлектростанции в Таджикистане или гидроэлектростанций Камбарата-1 и Камбарата-2 в Кыргызстане, сегодня этих проблем у нас нет. Благодаря добрососедской политике Узбекистана эти вопросы сняты. Мы даже выразили готовность участия в строительстве Рогунской ГЭС. Мы договорились, чтобы все объекты, которые будут строиться в Центральной Азии, учитывали интересы и соседних стран.
Естественно, бывают годы маловодья, бывают годы многоводья. Строительство Рогунской ГЭС, как меня информировали наши специалисты, было запланировано по инициативе узбекского руководства в 70-е годы для того, чтобы в маловодные годы с помощью использования запасов воды Рогуна обеспечивать водой период вегетации хлопка. Когда распался Советский Союз, проект устарел, поэтому были какие-то проблемы. Сейчас этой проблемы нет. Руководство Таджикистана заверяет, что каких-либо проблем они не создавали и в будущем создавать не будут для стран низовья.
С Кыргызстаном тоже у нас имеются договоренности по водопользованию. К примеру, Токтогульская ГЭС — самая большая ГЭС в Кыргызстане. Она накапливает 19 млрд кубометров воды. Мы решаем все вопросы на основе взаимовыгоды и взаимного уважения.
Кроме этого, для нас очень важно думать о вопросах сбережения воды. В декабре прошлого года президент Узбекистана провел совещание с соответствующими структурами. Тогда он поставил задачу установить хорошие отношения с развитыми странами для того, чтобы изучить их опыт по водосбережению. То есть, мы должны привлечь в Узбекистан водосберегатеющие технологии, в числе которых — капельное орошение. Это тоже очень важно для обеспечения водой сельского хозяйства, промышленности и населения.
— Как инцидент в Сохе отразился на узбекско-кыргызских отношениях? Повлияет ли ситуация на ускорение процесса по делимитации и демаркации границ?
— Сразу хочу ответить, что это не повлияет на наши отношения, которые сегодня имеют растущий характер. Президент во время выступления перед активом Ферганской области 5 июня сказал: «В последние годы нам удалось решить многие проблемные вопросы на границе с соседними странами. События в Сохе не должны повлиять на нашу дружбу с кыргызским народом, наши взаимные поездки и общие планы. Нам нужно быть спокойными, терпеливыми, сострадательными. Соседство — на тысячи лет. Наши народы должны жить бок о бок и уважать друг друга».
Ровно через шесть дней, 11 июня президент Кыргызстана Соронбай Шерипович Жээнбеков в ходе поездки в Ошскую область, выступая перед населением Араванского района, сказал похожие слова: «С приходом к власти Шавката Мирзиёева между Кыргызстаном и Узбекистаном отношения дружбы и добрососедства укрепились. Есть хорошая пословица: близкий сосед лучше, чем далекий родственник. Кыргызский и узбекские народы веками жили бок о бок. Наши отцы сохраняли единство и были близки друг другу. Наши страны близки друг к другу не только географически, у нас одна история, одна религия, один язык и схожие традиции и обычаи. Мы стремимся сохранить добрососедство и взаимовыгодные отношения, решим все проблемы, для этого нужны терпение и время. Для будущего наших детей будем продолжать политику укрепления дружбы с соседними государствами».
Высказывания президентов схожи, и это говорит о том, что недавние Сохские события никакого негативного влияния на двусторонние отношения не будут оказывать.
Я много раз бывал в Сохе. Там прекрасная природа, мягкий приятный климат, земля плодородная, народ трудолюбивый и терпеливый. Сох обеспечен газом и электроэнергией. В прошлом году в рамках программы «Обод махалла» в центре района были построены школа, детский сад, современные жилые дома, отремонтированы дороги, был построен филиал «одного окна» (центра государственных услуг — ред.)
В настоящее время, по поручению Президента, для комплексного развития Сохского района в ближайшие годы выделяется 500 млрд сумов, создаются новые рабочие места. Во всех секторах экономики будут реализованы 98 новых проектов.
— Как развиваются отношения между странами региона в условиях пандемии?
— Я вам прямо скажу, что взаимовыручка и совместные меры по минимизации последствий распространения коронавируса доказали правильность открытой и конструктивной политики Узбекистана в отношении центральноазиатских стран.
Несмотря на угрозу пандемии, сегодня идет активное сотрудничество между странами региона. Главы государств постоянно общаются по телефону. Я так посчитал, за последние четыре месяца президент Узбекистана поговорил с главами государств региона 16 раз.
Есть такая поговорка «друг познается в беде». С самого начала распространения коронавирусной инфекции страны начали оказывать друг другу гуманитарную помощь. Узбекистан направил помощь Казахстану, Кыргызстану и Таджикистану. В ответ наши соседи, например, Кыргызстан и Таджикистан, выслали гуманитарную помощь на восстановление Сардобинского водохранилища.
Созданная атмосфера дружбы, братства и добрососедства помогает в условиях пандемии развивать нормальные отношения с центральноазиатскими странами и между ними в целом.
— Какие новые задачи будут стоять для Узбекистана в Центральной Азии? Повлияет ли на планы пандемия?
— Говоря о новых задачах, хочу отметить, что президент Узбекистана в своем послании парламенту 24 января обозначил приоритеты внешней политики страны. Первым приоритетом внешней политики Узбекистана он назвал развитие и продолжение конструктивной политики в отношении центральноазиатских стран.
Естественно, мы будем продолжать развивать те отношения, которые у нас сегодня сложились, укреплять политический диалог со всеми странами региона, придавать большое значение экономическому сотрудничеству. Поставлена задача довести товарооборот с Казахстаном до 5 млрд долларов, с Кыргызстаном, Таджикистаном и Туркменистаном до 1 млрд долларов. Это является нашей главной задачей.
В отношении экономической дипломатии президент ставит большие задачи перед Министерством иностранных дел. Во-первых — привлечение инвестиций. Во-вторых — увеличение экспорта товаров, производимых в Узбекистане. И наконец, увеличение количества туристов, приезжающих в Узбекистан.
Если экономика будет развиваться, то будет развиваться все. Ни одна страна в мире без привлечения инвестиций не развивалась. Например, Германия после Второй мировой войны была полностью разрушена. Благодаря инвестициям она сегодня самая развитая в Европе.
Или же туризм. Например, в Чикаго есть высотные дома и небоскребы. Есть места развлечения для туристов, создана инфраструктура. Когда я был там, мне сказали, что более 30 млн туристов в год приезжают туда. Это с учетом внутреннего туризма.
Количество туристов в Узбекистане, конечно, растет. По итогам 2019 года более 7 миллионов туристов приехали в Узбекистан. Но к сожалению, пандемия внесла свои корректировки в этот тренд.
— В феврале этого года планировалось ввести визовый режим Silk Road в странах Центральной Азии. На каком этапе данная работа, учитывая планы Узбекистана по возобновлению туризма, как только это станет возможно? Как на нее повлияла пандемия?
— Эта инициатива была предложена для облегчения приезда туристов в центральноазиатские страны. Если гражданин какого-то иностранного государства имеет визу Узбекистана, то он имеет право посетить и Казахстан. И если гражданин какого-то иностранного государства имеет визу Казахстана, то он может приехать в Узбекистан без каких-либо проблем.
К сожалению, пандемия помешала и этим планам. Но я могу сказать, что документ на подходе. В ближайшее время он должен выйти, если мы согласуем с Казахстаном этот визовый режим, там определенные вопросы были. Когда мы договоримся окончательно об этом документе, мы будем работать над тем, чтобы он действовал и в других странах Центральной Азии.
— Какие перспективы у народной дипломатии в Центральной Азии и как она может помочь правительствам стран улучшать отношения?
— Роль народной дипломатии в улучшении отношений между странами Центральной Азии очень важна. Здесь самое главное наша культура, она взаимодополняющая. У нас схожие традиции и обычаи, религия одна, нет языкового барьера. Если с Таджикистаном мы говорим на двух языках, культура, история, традиции и обычаи все же очень близки.
2018 год был объявлен Годом Узбекистана в Казахстане. В его рамках мы провели более 80 мероприятий культурного, спортивного характера, дни кино, различные фестивали. А 2019 год стал Годом Казахстана в Узбекистане. Было организовано много культурных мероприятий. Это и есть народная дипломатия.
За последние три года мы провели очень много мероприятий культурного характера с Таджикистаном. То же самое — с Кыргызстаном.
Особенно после открытия границ были созданы благоприятные условие для населения, которое проживает в приграничных районах. То, что границу между Таджикистаном и Узбекистаном в сутки пересекает более 20 тысяч человек, между Кыргызстаном и Узбекистаном — более 30 тысяч — тоже народная дипломатия.
Пресс-служба Управления мусульман Узбекистана
Влияние данного ресурса на глобальном рынке растет год от года. Согласно данным «Глобального индекса мусульманских путешествий – 2026» (GMTI 2026) Mastercard-CrescentRating, в 2025 году число международных поездок мусульманских туристов достигло 196 млн. По прогнозам, к 2030 году их число возрастет до 262 млн, а годовые расходы составят 310 млрд долларов. Для Узбекистана – одной из колыбелей исламской цивилизации – этот рынок открывает не только духовные, но и стратегические экономические возможности. Вместе с тем в условиях усиления конкуренции на данном рынке возрастает потребность в систематическом повышении качества предоставляемых услуг.
В речи, посвященной 35-летию государственной независимости Республики Узбекистан, глава государства подчеркнул, что истоки независимости страны восходят к трехтысячелетней истории государственности и цивилизации. Было также отмечено, что независимость создала условия для переосмысления национальных ценностей, исторической памяти и религиозного наследия. В выступлении особо упоминались Центр исламской цивилизации, комплексы Имама аль-Бухари и Бурхануддина аль-Маргинани как современная научно-просветительская инфраструктура этого процесса.
Международное признание наследия
Сегодня историческое и культурное наследие Узбекистана широко признано и на уровне международных институтов. По актуальным данным ЮНЕСКО, в Список всемирного наследия включены 8 объектов Узбекистана. Шесть из них – объекты культурного наследия: Ичан-Кала в Хиве, исторический центр Бухары, исторический центр Шахрисабза, «Самарканд – перекресток культур», «Шелковый путь: Зарафшан-Каракумский коридор», а также внесенная в список в 2026 году «Модернистская архитектура Ташкента».
Последняя номинация заслуживает особого внимания. В июле 2026 года на 48-й сессии Комитета Всемирного наследия ЮНЕСКО, прошедшей в городе Пусане, в рамках номинации «Модернистская архитектура Ташкента. Современность и традиции в Центральной Азии» в список были включены 10 зданий и архитектурных ансамблей столицы. Это первая за последние 25 лет национальная номинация Узбекистана, удостоенная столь высокого статуса. По оценке ЮНЕСКО, данные объекты отражают восстановление и развитие Ташкента после землетрясения 1966 года. Это открывает новые возможности для продвижения столицы не только как транзитного пункта, но и как самостоятельного направления культурного туризма. На очереди – подготовка номинационного досье для включения в список природного объекта «Горы Заамина».
Наряду с этим в списки ЮНЕСКО включены 18 элементов нематериального культурного наследия Узбекистана. Среди них – Шашмаком, Катта ашула, Аския, культура и традиции плова, хорезмский танец «Лазги», искусство бахши, а также социально-культурные традиции, связанные с искусством миниатюры, керамики и золочения (зархал).
Особое значение имеет и то, что в 2025 году 43-я сессия Генеральной конференции ЮНЕСКО прошла в Самарканде. Впервые более чем за 40 лет конференция была проведена за пределами Парижа, где расположена штаб-квартира ЮНЕСКО. В работе сессии приняли участие свыше 2 800 делегатов почти из 200 государств, было проведено более 150 мероприятий. ЮНЕСКО отметила самаркандскую сессию как значимое событие с точки зрения международного культурного и научного сотрудничества.
Эти цифры и события свидетельствуют о том, что культурное наследие – это не только историческая память, но и стратегическое направление, выделяющее Узбекистан на международном туристическом рынке.
Правовой фундамент реформ и политика открытости
Системное развитие паломнического туризма опирается на четкую правовую основу. Указ Президента Республики Узбекистан от 9 февраля 2021 года «О мерах по дальнейшему развитию внутреннего и паломнического туризма в Республике Узбекистан» определил это направление в качестве приоритетной сферы государственной политики. Принятые в последующие годы постановления правительства дополнили его конкретными рынками, маршрутами и финансовыми стимулами.
Главной движущей силой этого процесса стала политика открытости. Сегодня для граждан 95 государств действует безвизовый режим, для 52 государств – система электронных виз, для граждан 45 государств – порядок безвизового транзита. Введены отдельные категории виз для студентов, ученых, а также для медицинского и паломнического туризма.
Цели, стоящие перед нами, также предельно ясны: к 2030 году довести число иностранных туристов до 20 млн человек, увеличить экспорт туристических услуг до более чем 6 млрд долларов, продлить срок пребывания туристов в стране до 7–8 дней и повысить средние расходы одного туриста с 415 до 1 000 долларов. В решении этих задач паломнический туризм наряду с MICE, гастрономическим, экологическим и люкс-туризмом определен как одно из высокодоходных направлений.
Март 2026 года: новый этап паломнического туризма
Март 2026 года ознаменовался важными событиями для паломнического и просветительского туризма Узбекистана. 17 марта в Ташкенте был официально открыт Центр исламской цивилизации в Узбекистане. Центр возведен на территории комплекса Хазрати Имам, его общая полезная площадь превышает 42 тыс. квадратных метров. Здесь созданы условия для того, чтобы с помощью современных музейных технологий продемонстрировать вклад ученых, мыслителей и великих умов, взращенных на земле Узбекистана, в мировую науку и цивилизацию.
Еще до открытия Центр получил международное признание: он удостоен французской премии «Авиценна», а журнал Smithsonian Magazine включил его в число 10 самых ожидаемых музеев мира 2026 года.
Примечательно, что за короткий срок после открытия Центр стал точкой притяжения посетителей. По официальным данным, по состоянию на 1 июня 2026 года его посетили полмиллиона соотечественников и иностранных гостей, в среднем – 6 тыс. человек в день. За этот период Центр принял более 150 зарубежных делегаций и свыше 2 тыс. иностранных гостей.
В короткие сроки Центр был внесен в Книгу рекордов Гиннесса как «Крупнейший в мире музей исламской цивилизации», в Узбекистан возвращено более тысячи уникальных артефактов. В научном направлении реализовано 810 проектов с участием около 2 тыс. отечественных и зарубежных ученых. К конференциям, семинарам и мастер-классам было привлечено более 5 тыс. человек.
Двумя днями позже, 19 марта, в Пайарыкском районе Самаркандской области был открыт заново возведенный мемориальный комплекс Имама аль-Бухари.
Проделанная здесь работа значима тем, что направлена на превращение святыни не в отдельный религиозный объект, а в целостную туристическую экосистему. На территории комплекса площадью 45 гектаров построены мечеть на 10 тыс. человек и айван в национальном стиле со 154 колоннами. На прилегающей территории площадью 15 гектаров созданы туристический центр, одна четырехзвездочная и две трехзвездочные гостиницы, 22 семейных гостевых дома на 176 мест, сервисная и транспортная инфраструктура. По официальным данным, суточная пропускная способность комплекса возросла с прежних 12 тыс. до 65 тыс. человек.
Результат отразился и на динамике посещений: в течение месяца после открытия комплекса мавзолей Имама аль-Бухари посетили более 1 млн отечественных и зарубежных паломников. А в канун праздника Рамазан хайит более 60 тыс. соотечественников и иностранных гостей совершили праздничный намаз в этом благословенном месте.
Экономическое значение этой цифры также велико. Миллион посещений – это не просто число людей, побывавших в святыне. Каждое посещение формирует спрос на транспорт, питание, гостиницы, услуги гидов, торговлю, ремесла, сувениры и другие услуги. Следовательно, сохранение исторического и духовного наследия и формирование вокруг него местной экономической цепочки становятся взаимодополняющими процессами.
Наука, паломничество и международный диалог на одной площадке
Проведение 7–11 июля 2026 года в Ташкенте, Самарканде и Термезе I Международного форума исламской цивилизации на тему «Исламская цивилизация: путь мира, толерантности и просвещения» придало этому направлению международное измерение.
В официальной программе отмечено участие около 300 иностранных гостей более чем из 50 стран, в том числе ученых, религиозных деятелей, министров, представителей международных организаций, музеев и библиотек, а также СМИ.
Важно, что форум был организован не только в Ташкенте, но и в Самарканде и Термезе. Такой подход позволил представить научное наследие великих мыслителей в неразрывной связи с историческими местами, где они жили и где формировались их научные школы. В Самарканде прошли заседания, посвященные труду Имама аль-Бухари «Аль-Джами ас-Сахих», в Термезе – научному наследию Имама ат-Термизи; участники также посетили святыни Хакима ат-Термизи и Имама ат-Термизи.
Освещение форума в зарубежных и национальных СМИ, распространение мнений ученых и религиозных деятелей, а также научных презентаций расширили возможности продвижения паломнического туризма Узбекистана среди международной аудитории не только посредством рекламы, но и через научный и интеллектуальный контент.
«Умра плюс»: новая модель паломнического туризма
Одним из конкретных шагов по открытию новых рынков паломнического туризма является программа «Умра плюс». Постановлением Кабинета Министров от 9 января 2026 года утверждена «дорожная карта» по увеличению в 2026–2027 годах потока туристов из Малайзии и Индонезии по направлению паломнического туризма до 100 тыс. человек. Суть программы проста: предоставить мусульманским туристам, отправляющимся на умру или возвращающимся с нее, возможность посетить также святые места Ташкента, Самарканда и Бухары.
Для этого государство ввело конкретные стимулы: до конца 2026 года туроператорам, привлекающим туристов в рамках программы, выделяется субсидия в размере 100 долларов за каждого туриста. Поставлена задача наладить авиасообщение по конкурентоспособным ценам по маршрутам «Куала-Лумпур – Самарканд – Джидда», «Куала-Лумпур – Бухара – Джидда», а также по аналогичным маршрутам через Джакарту, привлекая для этого до 10 воздушных судов.
Программа всесторонне учитывает потребности паломников. На объектах по маршруту, в аэропортах и на вокзалах, в гостиницах и заведениях общественного питания будут оборудованы помещения для омовения и молитвенные комнаты, будут созданы условия для круглосуточного посещения мечетей и медресе. В межсезонье – с 20 ноября по 20 февраля и в июле – будут действовать добровольные скидки на посещение объектов культурного наследия, гостиничные услуги и услуги питания. В Бухарской и Самаркандской областях ведется подготовка гидов-переводчиков со знанием малайского и индонезийского языков, изучается опыт малайзийской академии SIRIM в сфере «мусульманского гостеприимства» (Muslim Friendly).
Неотъемлемой частью программы являются также продвижение и цифровизация. В Малайзии и Индонезии стартовали кампании «По стопам Имама аль-Бухари» и «Проведи Рамадан в Узбекистане». Предусмотрены создание модуля «Паломнический туризм» на единой платформе «Национальный туризм» и его интеграция с платформами Traveloka, Agoda и Booking. Уже заметны и первые результаты: в январе –августе 2026 года число посещений из Малайзии выросло в 2 раза.
От наследия – к экономической ценности
Под «превращением наследия в экономику» понимается не коммерциализация исторических памятников, а создание вокруг них устойчивой экосистемы услуг при бережном сохранении самих объектов.
При этом святыня или музей – отправная точка туристической цепочки. Далее в нее включаются транспорт, гостиницы, рестораны, гиды-переводчики, ремесла, торговля книгами и сувенирами, гастрономия, местные культурные программы и другие услуги. В результате историческое наследие не только сохраняется, но и служит обеспечению занятости населения и росту доходов регионов.
О расширении экономического масштаба этого процесса свидетельствуют и общие показатели туризма в стране. По официальным данным Комитета по туризму, в январе–июле 2026 года Узбекистан посетили более 7 млн 749 тыс. иностранных туристов, что на 22,6 процента больше, чем за аналогичный период 2025 года. Экспорт туристических услуг за этот период составил 3,895 млрд долларов, увеличившись на 56 процентов. Примечательно, что экспортная выручка растет почти вдвое быстрее, чем число туристов, – это означает, что экономическая отдача от каждого визита повышается.
Итоги августа подтвердили сохранение темпов роста: за 8 месяцев страну посетили 9,1 млн иностранных туристов, а экспорт туристических услуг достиг 4,6 млрд долларов, увеличившись на 53,5 процента по сравнению с аналогичным периодом прошлого года. Вслед за спросом расширяется и инфраструктура: в январе – июле введено в эксплуатацию 705 новых средств размещения, в результате чего их общее число достигло 7 440, а количество мест – 202,6 тыс.
Еще один важный показатель: в январе – июле 2026 года на поездки, то есть на туризм, пришлось 53,8 процента экспорта услуг страны. Эти цифры показывают, насколько важно развивать объекты культурного и паломнического наследия не только как духовное достояние, но и как актив, связанный с экспортом туристических услуг, малым бизнесом и региональной экономикой.
Более 8 тысяч объектов – огромный туристический резерв
Сегодня в Узбекистане под государственной охраной находятся 8 437 объектов материального культурного наследия. Экономическая ценность этого огромного ресурса не ограничивается традиционными туристическими центрами – Самаркандом, Бухарой или Хивой. Историческое место, святыня, археологический памятник, ремесленная традиция или местный гастрономический продукт в каждом регионе могут стать основой нового туристического маршрута.
Для задействования этого резерва последовательно направляются инвестиции. В последние годы на реставрацию объектов культурного наследия из государственного бюджета выделено 466,4 млрд сумов: работы завершены на 55 объектах, еще на 152 – продолжаются. Растет и участие частного сектора: посредством краткосрочной аренды памятников привлечено 4 187 субъектов предпринимательства, в отраслевой фонд направлено 27,9 млрд сумов, а в 2025 году в 52 объекта привлечено 152,9 млрд сумов отечественных и иностранных инвестиций. Ансамбль Биби-Ханым в Самарканде консервируется по международным стандартам в сотрудничестве с Фондом культуры Ага Хана (Aga Khan Trust for Culture).
В этом смысле следующая задача, стоящая перед Узбекистаном, – переход от модели «один объект – одно посещение» к модели «один регион – несколько дней впечатлений». Например, дополнение паломнической поездки посещением научного музея и выставки рукописей, знакомством с местными ремеслами и национальной кухней, культурными мероприятиями и проживанием в семейных гостевых домах увеличивает продолжительность пребывания туриста в регионе и его потребление местных услуг. Это наиболее естественный путь к достижению цели по доведению средних расходов одного туриста до 1 000 долларов.
Сохранение и цифровизация наследия: принцип устойчивости
Стремительный рост туристического потока требует и нового подхода к охране наследия. В связи с этим для защиты Бухары, Самарканда, Хивы, Шахрисабза и модернистской архитектуры Ташкента планируется внедрить систему оценки воздействия на наследие (Heritage Impact Assessment). Предусматриваются создание единой цифровой платформы культурного наследия, формирование цифровых двойников объектов и оцифровка всех объектов культурного наследия к 2030 году.
Для управления туристической нагрузкой будет внедрена система Visitor Management: расширится использование электронных билетов, будет прогнозироваться поток туристов, а при необходимости для отдельных объектов будут вводиться ограничения на число посетителей. Кроме того, в ближайшее время планируется утвердить Стратегию развития культурного наследия на 2027–2035 годы, при Президенте создается комиссия по возвращению культурных ценностей на Родину, а в Бухаре предполагается открыть специализированную высшую школу реставрации. Все эти меры служат одной цели: туризм использует наследие, но никогда не должен наносить ему ущерб.
Наследие – память прошлого и ресурс будущего
С точки зрения 35 лет независимого развития одним из важных итогов отношения к культурному и религиозному наследию стало расширение возможностей не только сохранять исторические объекты, но и связывать их с научными исследованиями, международным диалогом и экономикой туризма.
Полмиллиона посетителей, принятых Центром исламской цивилизации за короткий срок, более миллиона человек, посетивших комплекс Имама аль-Бухари за один месяц, приезд ученых и общественных деятелей из десятков стран на I Международный форум исламской цивилизации, открытие рынка Юго-Восточной Азии благодаря программе «Умра плюс», расширяющееся признание наследия Узбекистана в рамках ЮНЕСКО – все это взаимосвязанные процессы.
Их объединяет то, что историческое наследие сегодня повествует не только о прошлом. Бережно сохраненное, научно осмысленное и органично соединенное с современными туристическими услугами, наследие может служить ресурсом для создания новых рабочих мест, развития предпринимательства, экспорта, регионального развития и укрепления международного культурного авторитета страны.
Комитет по туризму и впредь будет последовательно развивать сотрудничество на этом пути с Агентством культурного наследия, Комитетом по делам религий, хокимиятами регионов, предпринимателями и зарубежными партнерами. Наша цель ясна: бесценное наследие, оставленное нашими предками, должно служить благосостоянию жителей каждого региона и укреплению авторитета Узбекистана в мире.
Абдулазиз Аккулов, председатель Комитета по туризму Республики Узбекистан, УзА
Пресс-служба Управления мусульман Узбекистана
Иман 
Молитва 
Голодание 
Закот 
Хадж 
Коран 
Уроки Ислама 
Контакт 