Президенты Узбекистана и Казахстана вышли на связь друг с другом после инцидента, чтобы обсудить важность дальнейшего тесного сотрудничества для борьбы с новыми вызовами и общими угрозами.
Прорыв дамбы в Узбекистане в начале мая, от которого пострадал и Казахстан, укрепил отношения между лидерами двух стран и способствовал сотрудничеству для смягчения последствий катастрофы.
По данным central.asia-news.com, в результате произошедшей утром 1 мая катастрофы были затоплены обширные районы Сырдарьинской области Узбекистана. Примерно 90 000 человек пострадали; шестеро погибли. Затем вода устремилась в соседний Мактааральский район Туркестанской области Казахстана, откуда спасатели эвакуировали более 30 000 человек.
По официальным оценкам, восстановление вызванного наводнением ущерба обойдется Узбекистану в 1,5 трлн сумов (150 млн долларов). Казахстан оценивает ущерб, нанесенный своему сельскохозяйственному сектору, в 4,1 млрд тенге (9,7 млн долларов).
На следующий же день после инцидента президент Узбекистана Шавкат Мирзиёев и его казахстанский коллега Касым-Жомарт Токаев связались друг с другом, чтобы обсудить, как бороться с вызванным прорывом дамбы наводнением, говорится в сообщении на сайте Мирзиёева.
6 мая Узбекистан направил в Мактааральский район Казахстана 200 специалистов: пожарных, техников и спасателей Министерства чрезвычайных ситуаций (МЧС). Кроме того, на ликвидацию катастрофы отправили 169 единиц техники: пожарные машины, экскаваторы, тракторы, грузовики и автобусы.
Премьер-министр Узбекистана Абдулла Арипов выехал в Казахстан, чтобы лично контролировать вопрос оказания помощи. 10 мая он прибыл в Мактааральский район, где встретился с премьер-министром Казахстана Аскаром Маминым.
«Общие угрозы»
Премьер-министры ознакомились с планом строительства нового микрорайона в селе Мырзакент, встретились с местными жителями и приняли участие в церемонии закладки фундамента первых жилых домов.
17 мая президенты Узбекистана и Казахстана по телефону выразили взаимное удовлетворение проделанной работой по ликвидации последствий катастрофы.
«Президенты подчеркнули важность продолжения тесного сотрудничества по преодолению новых вызовов и общих угроз», — говорится в сообщении пресс-службы Мирзиёева.
В тот же день Мирзиёев признал, что катастрофа была техногенной. Сейчас следствие устанавливает ее причины. Во избежание повторения подобной катастрофы Узбекистан разрешил казахстанским чиновникам проинспектировать плотину.
В прошлом вопрос водных ресурсов уже вызывал напряженность между двумя странами.
«Десятки лет вода оставалась самой напряженной темой в отношениях Узбекистана и Казахстана. Особенно распределение воды из бассейна реки Сырдарья, к которому и относится Сардобинское водохранилище», — говорит ташкентский политолог Валерий Хан.
История напряженных отношений
Узбекистан и Казахстан в течение последних двух лет работают над подписанием межправительственного соглашения о совместном управлении и использовании рек, но пока документ так и не подписан.
«Более того, вокруг Мактааральского района, полуанклавом “вторгающегося” в территорию Узбекистана, издавна были приграничные споры. Он несколько раз переходил во времена СССР от одной республики к другой. Почти 27 лет узбекистанцы не могли пользоваться пролегающей через этот район трассой “Ташкент-Самарканд”, совершая длинный объезд», — сказал Хан.
По словам Аноры Сапаевой из Ташкента, напряженность в отношениях возобновилась сразу же после инцидента с плотиной.
«Сразу после того как [после прорыва плотины] вода добралась до Казахстана, в социальных сетях возникло напряжение. Жители Казахстана стали обвинять узбекистанцев, узбекистанцы припомнили старые обиды. У меня было чувство, что это начало конфликта», — рассказала она.
Несмотря на опасения некоторых граждан, обе страны продемонстрировали важность добрососедства, сотрудничества и доброй воли, бесконфликтно решая проблему.
Министерство иностранных дел Казахстана отказалось направить ноту протеста в Узбекистан в связи с наводнением своей территории.
В Узбекистане Мирзиёев принес извинения за нанесенный Казахстану ущерб и подчеркнул глубокую историю и дружеские отношения с соседом.
«Мы с братским казахским народом издавна жили бок о бок, пили воду из одной реки, мы близки, как родственники. Мы всегда стояли плечом к плечу и поддерживали друг друга, как в светлые дни, так и в периоды испытаний», — сказал он 5 мая во время совещания со своим правительством.
«Мы очень сожалеем, что эта неожиданная техногенная катастрофа принесла столько бед и нанесла ущерб не только нашему населению, но и соседям, нашим братьям, населенные пункты и посевы которых также были повреждены», — добавил Мирзиёев.
Сейчас официальные лица Узбекистана и Казахстана вместе определяют будущее Сардобинского водохранилища.
«По Сардобинскому водохранилищу будет проведен технический аудит с привлечением международных и наших, казахстанских экспертов, по итогам которого будет приниматься решение о дальнейшей судьбе этого сооружения», — сказал 14 мая министр экологии, геологии и природных ресурсов Казахстана Магзум Мирзагалиев во время встречи с министром водного хозяйства Узбекистана Шавкатом Хамраевым в Шымкенте, передает Tengrinews.kz.
Министры также договорились наконец-то подписать межправительственное соглашение по управлению водными ресурсами, которое поможет обеим странам избежать проблем в будущем.
Пресс-служба Управления мусульман Узбекистана
В массовом сознании история физики часто выглядит как прямой мост от античной Греции к европейскому Возрождению. При этом эпохе Золотого века ислама нередко отводят лишь роль «хранителя и переводчика» древних текстов. Однако именно мусульманские ученые совершили глубокую реорганизацию античного наследия. Одним из ярких примеров такой работы стало оформление теоретической дисциплины под названием ‘ильм аль-аскаль — буквально «наука о тяжестях», передает Исламосфера.
Разделение механики: теория и практика
В эпоху Золотого века ислама высокого развития достигла механика, однако в средневековой мусульманской классификации наук она не рассматривалась как единая прикладная дисциплина. Ученые четко разделяли ее на два независимых, но взаимодополняющих направления: «науку об искусных приемах» (‘ильм аль-хийаль), под которой подразумевали прикладную или инженерную механику, включающую создание автоматов, водяных часов, сифонов и военных машин, и «науку о тяжестях» (‘ильм аль-аскаль), представлявшую собой теоретическую статику и динамику. Последняя изучала общие законы равновесия, понятие веса и движение тел под действием силы тяжести. Знаменитый мыслитель аль-Фараби (X век) в своем фундаментальном трактате «О классификации наук» выделил «науку о тяжестях» в отдельный важнейший раздел математических и физических знаний, и позже это разделение поддерживали другие ученые, включая выдающегося философа Ибн Баджу (XII век).
Предмет изучения: на стыке геометрии и динамики
Согласно трудам аль-Фараби и его последователей, ‘ильм аль-аскаль исследовала две ключевые проблемы. Первая – это теория взвешивания и равновесия, включающая математический анализ тяжестей, принципы работы равноплечих весов и неравноплечих безменов. А вторая – теория движения под действием тяжести, т.е. исследование того, как движутся тяжелые тела, какие силы приводят их в движение и по каким законам работают механизмы, поднимающие грузы.
Античная физика (в частности, труды Архимеда) рассматривала статику изолированно — как чисто геометрическую задачу о центрах тяжести в состоянии покоя. Мусульманские же ученые сделали важный шаг: они объединили геометрию Архимеда с подходом Аристотеля. Они начали исследовать условия равновесия через призму движения и действующих сил. Это заложило прочный фундамент для будущей классической механики Нового времени.
Главные новаторы и их труды
В развитии «науки о тяжестях» выделяются три ключевые фигуры. Выдающийся математик IX века Сабит ибн Курра написал «Трактат о карастуне» (неравноплечих весах-безменах), в котором математически вывел закон рычага и дал теоретическое обоснование работе весов с подвижной гирей. В XI–XII веках математик и астроном аль-Асфизари обобщил наследие предшественников и внес значительный вклад в систематизацию теории весов и механизмов для поднятия тяжестей. Вершиной же средневековой гидростатики и механики стал колоссальный труд ученого XII века из Мерва аль-Хазини «Книга весов мудрости». Он внес фундаментальный вклад в понимание природы веса: основываясь на геоцентрической картине мира, ученый говорил о «центре Вселенной» (в современных формулировках — геометрический центр земного шара), к которому устремляются все тяжелые предметы. Аль-Хазини первым в истории физики выдвинул гипотезу, что вес тела не является постоянной величиной, а меняется в зависимости от его удаления от этого центра, а также привел в трактате сложнейшие таблицы плотности металлов и спроектировал «весы мудрости» — прибор высокой точности для определения чистоты сплавов.
Наследие ‘ильм аль-аскаль
Главная заслуга ‘ильм аль-аскаль заключается в том, что она отделила теоретические проблемы равновесия от задач прикладной механики, и сделала статику самостоятельным разделом физики, а не просто дополнением к геометрии.
Сочетание геометрических доказательств с эмпирическими опытами превратило саму ‘ильм аль-аскаль из набора практических правил в строгую академическую дисциплину. Более того, эти наработки сформировали фундамент для европейской науки: доказано, что именно арабские тексты по ‘ильм аль-аскаль, переведенные на латынь, легли в основу средневековой европейской науки о весах (scientia de ponderibus), которую в XIII веке развивал математик Иордан Неморарий. Опыт мусульманских физиков демонстрирует, что исламская научная традиция обладала мощнейшей теоретической школой, которая во многом предопределила контуры современной физической науки.
Пресс-служба Управления мусульман Узбекистана