01 Октябрь, 2026, 20 Раби ас-сани, 1448
01 Октябрь, 2026, 20 Раби ас-сани, 1448
Президенты Узбекистана и Казахстана вышли на связь друг с другом после инцидента, чтобы обсудить важность дальнейшего тесного сотрудничества для борьбы с новыми вызовами и общими угрозами.
Прорыв дамбы в Узбекистане в начале мая, от которого пострадал и Казахстан, укрепил отношения между лидерами двух стран и способствовал сотрудничеству для смягчения последствий катастрофы.
По данным central.asia-news.com, в результате произошедшей утром 1 мая катастрофы были затоплены обширные районы Сырдарьинской области Узбекистана. Примерно 90 000 человек пострадали; шестеро погибли. Затем вода устремилась в соседний Мактааральский район Туркестанской области Казахстана, откуда спасатели эвакуировали более 30 000 человек.
По официальным оценкам, восстановление вызванного наводнением ущерба обойдется Узбекистану в 1,5 трлн сумов (150 млн долларов). Казахстан оценивает ущерб, нанесенный своему сельскохозяйственному сектору, в 4,1 млрд тенге (9,7 млн долларов).
На следующий же день после инцидента президент Узбекистана Шавкат Мирзиёев и его казахстанский коллега Касым-Жомарт Токаев связались друг с другом, чтобы обсудить, как бороться с вызванным прорывом дамбы наводнением, говорится в сообщении на сайте Мирзиёева.
6 мая Узбекистан направил в Мактааральский район Казахстана 200 специалистов: пожарных, техников и спасателей Министерства чрезвычайных ситуаций (МЧС). Кроме того, на ликвидацию катастрофы отправили 169 единиц техники: пожарные машины, экскаваторы, тракторы, грузовики и автобусы.
Премьер-министр Узбекистана Абдулла Арипов выехал в Казахстан, чтобы лично контролировать вопрос оказания помощи. 10 мая он прибыл в Мактааральский район, где встретился с премьер-министром Казахстана Аскаром Маминым.
«Общие угрозы»
Премьер-министры ознакомились с планом строительства нового микрорайона в селе Мырзакент, встретились с местными жителями и приняли участие в церемонии закладки фундамента первых жилых домов.
17 мая президенты Узбекистана и Казахстана по телефону выразили взаимное удовлетворение проделанной работой по ликвидации последствий катастрофы.
«Президенты подчеркнули важность продолжения тесного сотрудничества по преодолению новых вызовов и общих угроз», — говорится в сообщении пресс-службы Мирзиёева.
В тот же день Мирзиёев признал, что катастрофа была техногенной. Сейчас следствие устанавливает ее причины. Во избежание повторения подобной катастрофы Узбекистан разрешил казахстанским чиновникам проинспектировать плотину.
В прошлом вопрос водных ресурсов уже вызывал напряженность между двумя странами.
«Десятки лет вода оставалась самой напряженной темой в отношениях Узбекистана и Казахстана. Особенно распределение воды из бассейна реки Сырдарья, к которому и относится Сардобинское водохранилище», — говорит ташкентский политолог Валерий Хан.
История напряженных отношений
Узбекистан и Казахстан в течение последних двух лет работают над подписанием межправительственного соглашения о совместном управлении и использовании рек, но пока документ так и не подписан.
«Более того, вокруг Мактааральского района, полуанклавом “вторгающегося” в территорию Узбекистана, издавна были приграничные споры. Он несколько раз переходил во времена СССР от одной республики к другой. Почти 27 лет узбекистанцы не могли пользоваться пролегающей через этот район трассой “Ташкент-Самарканд”, совершая длинный объезд», — сказал Хан.
По словам Аноры Сапаевой из Ташкента, напряженность в отношениях возобновилась сразу же после инцидента с плотиной.
«Сразу после того как [после прорыва плотины] вода добралась до Казахстана, в социальных сетях возникло напряжение. Жители Казахстана стали обвинять узбекистанцев, узбекистанцы припомнили старые обиды. У меня было чувство, что это начало конфликта», — рассказала она.
Несмотря на опасения некоторых граждан, обе страны продемонстрировали важность добрососедства, сотрудничества и доброй воли, бесконфликтно решая проблему.
Министерство иностранных дел Казахстана отказалось направить ноту протеста в Узбекистан в связи с наводнением своей территории.
В Узбекистане Мирзиёев принес извинения за нанесенный Казахстану ущерб и подчеркнул глубокую историю и дружеские отношения с соседом.
«Мы с братским казахским народом издавна жили бок о бок, пили воду из одной реки, мы близки, как родственники. Мы всегда стояли плечом к плечу и поддерживали друг друга, как в светлые дни, так и в периоды испытаний», — сказал он 5 мая во время совещания со своим правительством.
«Мы очень сожалеем, что эта неожиданная техногенная катастрофа принесла столько бед и нанесла ущерб не только нашему населению, но и соседям, нашим братьям, населенные пункты и посевы которых также были повреждены», — добавил Мирзиёев.
Сейчас официальные лица Узбекистана и Казахстана вместе определяют будущее Сардобинского водохранилища.
«По Сардобинскому водохранилищу будет проведен технический аудит с привлечением международных и наших, казахстанских экспертов, по итогам которого будет приниматься решение о дальнейшей судьбе этого сооружения», — сказал 14 мая министр экологии, геологии и природных ресурсов Казахстана Магзум Мирзагалиев во время встречи с министром водного хозяйства Узбекистана Шавкатом Хамраевым в Шымкенте, передает Tengrinews.kz.
Министры также договорились наконец-то подписать межправительственное соглашение по управлению водными ресурсами, которое поможет обеим странам избежать проблем в будущем.
Пресс-служба Управления мусульман Узбекистана
На международной научно-просветительской платформе Центра исламской цивилизации в Узбекистане активно продолжается научно-исследовательская работа. Среди ряда научно-популярных книг, которые в настоящее время готовятся к изданию, есть и исследования, посвящённые историко-культурному наследию народов Центральной Азии за рубежом и их многовековым связям. Одним из таких изданий является сборник научных статей, посвящённых истории Узбекской обители — «Узбекской ханаки», расположенной в районе Ускюдар, в местности Султантепе города Стамбула.
В данной книге подробно освещается история обители, которая на протяжении почти двух столетий служила важным местом остановки и пребывания паломников, отправлявшихся из Центральной Азии через Стамбул в хадж, представителей накшбандийского тариката, поэтов и писателей, интеллектуалов, а также наших соотечественников, совершавших поездки с различными целями, передает iccu.uz.
Важный пункт на пути паломников, совершавших хадж
Историю формирования Узбекской обители невозможно представить в отрыве от связей Стамбула с Центральной Азией в османский период. В то время один из маршрутов паломников из Центральной Азии, направлявшихся в Мекку и Медину для совершения хаджа, проходил через Стамбул. Для подготовки к следующему этапу путешествия они на определённое время останавливались в городе.
Узбекская обитель, построенная в 1752–1753 годах, стала важным местом для таких паломников. Здесь путешественники отдыхали, совершали молитвы и готовились к дальнейшему пути. Впоследствии функции обители расширились, и она превратилась в постоянное место пребывания узбеков, проживавших в Стамбуле, а также представителей накшбандийского тариката, прибывавших из Центральной Азии.
В исторических источниках отмечается, что обитель была открыта не только для паломников, совершавших хадж, но и для представителей науки и просвещения. Здесь проводились различные беседы, научно-просветительские встречи, поэтические вечера и культурные мероприятия, принимались гости. Узбекские ханаки в Стамбуле в целом выполняли для паломников из Центральной Азии функции места ночлега, религиозного обучения и просвещения, а также культурного и социального центра.
Накшбандийский тарикат и просветительская среда
Особое место в истории Узбекской обители занимает накшбандийский тарикат. В книге на основе архивных источников исследуются суфийская деятельность обители, жизнь шейхов и их участие в общественной и просветительской жизни.
Обитель формировалась не только как место зикра и поклонения, но и как просветительская среда, где представители интеллигенции, поэты и учёные-богословы, прибывавшие из Центральной Азии, могли общаться друг с другом. Здесь проводились беседы и дискуссии на различные темы, продолжались литературные и просветительские традиции.
Масштаб просветительской деятельности обители отражают и сохранившиеся в ней письменные источники. В частности, на айване ханаки сохранилась надпись, выполненная в 1182 году по хиджре, то есть в 1769 году по григорианскому календарю, на староузбекском языке арабской графикой. В ней отражён статус обители как центра накшбандийского тариката.
Новые сведения об истории вакфа обители
Одним из важных научных результатов книги является пересмотр на основе архивных документов сведений об истории вакфа Узбекской обители и её правовом статусе.
В результате исследований были уточнены некоторые сведения, ранее приводившиеся в научной литературе. В частности, установлено полное имя Шейха Абдуллы, упоминаемого как первого шейха обители: Саййид Шейх Абдулла Акбар Афанди ибн Асадуллаха ал-Узбеки.
Вместе с тем на основании архивных документов был пересмотрен существовавший ранее взгляд о том, что для обители, построенной в 1752–1753 годах, отдельный вакф был учреждён непосредственно в первоначальный период её существования. Согласно результатам исследования, отдельный вакф для Узбекской обители был учреждён в 1788 году ал-Ходжа Халилом Агой ибн Ахмадом Афанди, благодаря чему был официально оформлен правовой статус обители.
В вакуфном документе обитель обозначена как накшбандийская ханака, при этом указано, что первоначально она предназначалась для обслуживания дервишей, прибывавших из квартала Каландархана города Самарканда. Впоследствии в условия вакфа были внесены изменения, и другим дервишам Накшбандийского тариката также было разрешено оставаться на ночлег в обители.
Эти сведения позволяют понять, что Узбекская обитель была не просто религиозным сооружением, а историческим учреждением, функционировавшим на основе определённой правовой, экономической и социальной системы.
Шейхи и роль обители в общественной жизни
В книге отдельно исследованы архивные сведения о шейхах обители. Они показывают, что шейхи играли важную роль не только в жизни самой обители, но и в поддержании связей между выходцами из Центральной Азии в Стамбуле.
В архивных документах отмечается, что в 1797 году улемы Мавераннахра — Шейх Абдурахим, Шейх Хамза, Шейх Мухаммад Салим и Шейх Абдукарим — вместе со своими спутниками, попросив убежища у Османского государства, остановились в Узбекской текке в Ускюдаре. Кроме того, сохранились документы, свидетельствующие о роли шейха обители Сулеймана Афанди в поддержке выходцев из Центральной Азии в XIX веке.
Подобные документы показывают, что Узбекская обитель была для людей, прибывавших из Центральной Азии в Стамбул, не просто местом остановки, но и социальным и просветительским центром, объединявшим их.
Экономическая и культурная деятельность
В исследовании не обойдены вниманием и экономические аспекты внутренней жизни обители. В частности, в отдельных научных статьях анализируются производственные процессы, бухгалтерские книги и экономическая деятельность, осуществлявшаяся в обители.
Также изучены архитектурные надписи и эпиграфические памятники обители, письменные источники, музыкальное наследие и произведения искусства. Это позволяет исследовать историю Узбекской обители не только как историю религиозного сооружения, но и как многогранного центра, отражавшего социальную, культурную и экономическую жизнь своего времени.
В некоторых архивных документах встречаются сведения об обращении шейха обители Сулеймана Афанди с просьбой предоставить необходимые для типографского обучения наборные инструменты и другие материалы. Кроме того, имеются сведения о деятельности, связанной с завией, построенной в Джидде для использования паломниками из Балха, Бухары, Коканда и Кашгара.
Роль в национально-освободительном движении
Ещё один важный аспект истории Узбекской обители связан с её деятельностью в период национально-освободительного движения в Турции.
В исследованиях, представленных в книге, освещается роль обители в последние годы существования Османской империи и в период Турецкой национально-освободительной войны. В частности, приводятся сведения о том, что в 1919 году в обители был размещён госпиталь для солдат турецкой национальной армии.
Таким образом, место, которое когда-то служило остановкой для паломников и путешественников, впоследствии стало непосредственным свидетелем сложных социально-политических процессов в истории региона.
Современное значение наследия предков
Сегодня Узбекская обитель в Султантепе имеет особое значение как уникальное культурное наследие недавнего прошлого наших предков для наших соотечественников, посещающих Турцию.
История обители свидетельствует о существовании многовековых культурных и просветительских связей между Узбекистаном и Турцией, сформировавшихся задолго до современного этапа отношений между двумя странами. Эти связи, складывавшиеся благодаря паломникам, учёным-богословам, шейхам, поэтам и представителям интеллигенции, прибывавшим из Центральной Азии в Стамбул, охватывали наряду с религиозной жизнью также литературу, науку, искусство, торговлю и социальные отношения.
С этой точки зрения изучение истории Узбекской обители важно не только для исследования судьбы одного исторического памятника, но и для понимания продолжительных цивилизационных связей между Центральной Азией и османским миром.
Исследования, вошедшие в книгу
В готовящейся к изданию книге собраны научные статьи, посвящённые различным направлениям истории Узбекской обители. В частности, в неё вошли исследования Хасана Демирташа «Дипломатический и структурный анализ вакуфного устава Узбекской обители в Ускюдаре», Эркана Овуджа «Архивные сведения о шейхах Узбекской обители», Серпил Озджан «Место остановки путешественников: Узбекская обитель в Султантепе», исследование Умара Фарука Джана, посвящённое производственной и экономической деятельности обители, а также статья Умара Кёчйигита об эпиграфических надписях Узбекской обители.
Кроме того, содержание книги дополняют исследование Марвы Кубро Инжи о роли Узбекской обители в период национально-освободительных движений, анализ Мелиха Садыка Кучюкера семейных архивных документов, связанных с деятельностью Шейха Ато и Шейха Наджмиддина в обители, а также исследование Сулеймана Эргюнара, посвящённое музыкальному наследию Узбекской обители.
В издании также опубликована статья научного секретаря Центра исламской цивилизации в Узбекистане Рустама Жабборова под названием «Узбекская святыня Стамбула». В ней рассказывается об историческом значении этого места, его роли в жизни паломников, совершавших хадж, и представителей накшбандийского тариката, его связях с Центральной Азией, а также о его значении как объекта культурного наследия в наши дни.
В целом исследования, собранные в данной книге, направлены на переосмысление истории Узбекского даргахa на основе различных источников — архивных документов, вакфнамэ, писем, записей и материалов личных архивов, её научное обогащение и введение новых сведений в научный оборот.
Подготовка подобных исследований в Центре исламской цивилизации в Узбекистане свидетельствует о том, что в рамках международной научно-просветительской платформы Центра истории Узбекистана, наследию предков и историко-культурным источникам, хранящимся за рубежом, уделяется внимание на основе нового научного подхода.
Пресс-служба Управления мусульман Узбекистана
Иман 
Молитва 
Голодание 
Закот 
Хадж 
Коран 
Уроки Ислама 
Контакт 