Согласно решению специальной комиссии, в рамках новых карантинных мер, введенных с 1 апреля, отдельные благотворительные акции были временно приостановлены. Сейчас благотворительная помощь осуществляется централизованно.
Редакция Kun.uz организовала беседу с представителем органа, ответственного за эту централизованную благотворительную деятельность - Министерства по делам махалли и семьи, чтобы узнать больше об этой новой системе, ее функционировании для благотворителей и семей, нуждающихся в благотворительности.
Наш собеседник – первый заместитель министра Эльмира Баситханова, которая на протяжении многих лет работала председателем Комитета женщин Узбекистана.
«Стало заметно отсутствие единой системы проведения благотворительных акций»
Первый вопрос, который мы задали замминистра, был о том, как формируются списки людей, нуждающихся в благотворительности, по новой системе.
Правда, многие люди могут открыто принимать пожертвования, но есть и такие люди, которые стесняются просить помощи у кого-то и не хотят ее кому-то показывать.
«Мы видим, что все государства, борются с пандемией и помогают тем, кто пострадал насколько, насколько они себе это представляют и понимают», - начала разговор Эльмира Баситханова.
По её словам, последние исследования показали, что самым важным условием карантина является сведение общения между людьми к минимуму, насколько это возможно. Однако в карантинный период нарушение именно этих правил является наиболее распространенным наблюдаемым недостатком при оказании помощи нуждающимся семьям со стороны местных активистов, органов власти или волонтеров.
«Заметно отсутствие единой системы в этом процессе. Еще один примечательный аспект - как вы сказали, при получении благотворительной помощи, если какие-то семьи сами проявляют инициативу, то другие - остаются в стороне.
Вот почему на повестку дня встала необходимость системной организации благотворительных мероприятий.
Первая задача этой системы - найти именно ту семью, которая нуждается в помощи. Информация поступает в Центры по трем направлениям.
Первое направление - через кол центр, который мы сформировали, на номер 1197.
Второе направление - это реальные, прозрачные данные местных активистов махалли, которые знают реальную ситуацию на местах.
Третье направление - это данные волонтеров, выезжающих на места.
Мы работаем в сфере доставки благотворительной помощи через ту информацию, которая дошла до нас по этим направлениям», - сказала Баситханова.
«По окончании карантина, благотворительная деятельность будет приведена министерством к четкой системе»
Централизация благотворительных акций в рамках карантинных мероприятий - само собой, но эта система с самого начала была для нас проблемой. То есть сама централизованная система благотворительной организации отсутствовала. Ну а после того, как карантин закончится, будет ли центр продолжать свою деятельность или он работает только при карантине?
На этот вопрос Баситханова ответила так: «мы находимся в поиске каждый день. Мы не знаем, как долго продлится карантин. Каждый день мы набираемся опыта, делаем выводы.
С божьей помощью, Министерство по делам махалли и семьи также определит работу в этом направлении и после окончания карантина».
«Помощь различных фондов в проведении благотворительных акций очень велика»
Все благотворительная помощь, которая направляется нуждающимся семьям, представляет собой один и тот же набор продуктов. Возникает вопрос: у каждого человека потребности разные. Например, у кого-то есть картошка, у кого-то мясо, а у кого-то нет лекарств.
Как же определить потребности населения в этом плане?
«В течение двух дней наша деятельность менялась в зависимости от ситуации. Например, некоторые граждане через телефонные звонки просят необходимые для себя лекарства. Для этого также было найдено соответствующее решение», - сказала замминистра.
По её словам, были также приглашены для благотворительности представители фонда «Соглом авлод учун» («Для здорового поколения»).
«Помощь различных фондов в проведении благотворительных акций очень велика. Мы используем очень большое количество лекарственных препаратов (препараты, не требующие рецепта) фонда «Соглом авлод учун». Кроме того, нам очень помогает организация «Дори-дармон» в качестве спонсора», - говорит она.
«Волонтеры достаточно образованы с медицинской точки зрения»
Услуги волонтеров используются при доставке помощи из благотворительного фонда в дома населения. На сколько продумана их безопасность? В какой степени Министерство учитывает требования безопасности?
По словам Баситхановой, образования волонтеров с медицинской точки зрения достаточно, и при подборе их особое внимание уделяется именно этому аспекту.
«У них есть понимание. Волонтеры также оказывают нам большую помощь в обучении населения требованиям карантина. Наши волонтеры, которые выезжают на места, говорят, что в некоторых районах также бывают случаи, когда дети, которые не ходят в школы в период карантина, собираются и играют в футбол. Наши волонтеры разъясняют им ситуацию и отправляют их по домам.
О чем это говорит? – Это показатель того, что у них высокий уровень социальной ответственности», - сказала она.
Собеседница отметила, что при доставке благотворительной помощи волонтерами населению соблюдаются определенные правила.
То есть, как правило, представители махалли не подходят, когда благотворительная помощь распределяется по домам населения. Продукты передаются волонтерами в специальной одежде представителям семей, которые нуждаются в помощи.
«Представители махалли только показывают волонтерам дома семей, нуждающихся в благотворительности. Как только семья получает продукты, это регистрируется.
Я думаю, что с такой системой и подобным сотрудничеством мы обязательно победим такого врага, как коронавирус», - сказала Баситханова.
«Доброта в условиях пандемии. Мы можем еще больше укрепить чувства патриотизма»
Вирус словно сплачивает не только узбекский народ, но и народы всего мира.
Эльмира Баситханова подтвердила наше мнение по этому вопросу и рассказала, что впервые почувствовала это, когда в январе разговаривала с Чрезвычайным и Полномочным Послом Китайской Народной Республики в Узбекистане госпожой Цзян Янь.
- В то время госпожа посол сказала мне, что инфекция начала распространяться в Китае и что китайский народ сплотился против нее. Когда посол произнесла эти слова, в её глазах появились слезы. Я поняла это как патриотические чувства Цзян Янь.
Хочу сказать, что мы можем только усилить такие чувства в такой ситуации, как эта. Затем пандемия пришла и к нам, и мы тоже почувствовали те же чувства, что и китайский посол.
Мы тоже любим свою Родину и вместе работаем для наших детей».
«Меня критиковали из-за ошибки при переводе»
2 апреля Эльмира Баситханова приняла участие в брифинге, посвященном текущей ситуации с коронавирусной инфекцией и проводимой работе по предотвращению ее распространения.
После брифинга многие пользователи в соцсетях стали критиковать заместителя министра. Якобы Баситханова рассказала о том, что за последние 5 дней на волонтеров поступило около 500 жалоб.
Так вот, на самом ли деле Баситханова говорила это, а если это имело место и жалобы поступали в министерство, то какие меры были приняты к добровольцам? Наш следующий вопрос к Эльмире Баситхановой был именно в этом контексте.
«Прежде всего, я хочу напомнить вам, что брифинг проходил на узбекском языке. А если вы слышали, то такой информации там вообще не было.
У меня нет полномочий оценивать деятельность волонтеров, просто потому что у меня нет самого анализа по конкретным цифрам.
На брифинге я начала свое выступление прежде всего с благодарности волонтерам, которые ответственно подходят к своей работе.
Затем я переключилась на данные о наших ошибках в этом процессе и о работе, которую нужно сделать, чтобы исправить их.
Мои высказывания о волонтерах ограничились благодарностью за их работу.
Я и сама думала о том, чтобы в 2013 году начать волонтерское движение по пропаганде здорового образа жизни среди девушек. Они проявляют самоотверженность в сложных процессах, без всяких денег.
Эти высказывания были за счет ошибки при переводе, поэтому появилась критика в мой адрес», - сказала собеседница в ответ на наш вопрос.
«Почти все семьи, живущие в семейных общежитиях, нуждаются в помощи»
Каждый потребляет продукт, полученный в качестве благотворительности, за разное время. Например, некоторые семьи за 4-5 дней, а другие за 10-15 дней. При этом могут ли первые семьи снова обратиться за помощью? Как систематизируется эти отношения?
Мы спросили у Эльмиры Баситхановой ее мнение по этому интересующему нас вопросу. Она сказала, что это - процесс, который сейчас систематизируется.
«Первое условие для уменьшения наших ошибок в этом отношении заключается в том, что полученная сегодня информация будет проанализирована в разрезе районов и доставлена на следующий день, а не сегодня. До тех пор мы полностью изучим этот процесс в одной махалле.
При этом устанавливается диалог с аксакалами махалли и их заместителями, которые хорошо осведомлены о ситуации этого района. В результате этого диалога завтрашний список тщательно корректируется.
Исходя из сегодняшних результатов, мы также разрабатываем планы на завтра. Например, в Ташкенте есть семейные общежития. Когда мы направили помощь четырем семьям в этих общежитиях, остальные были недовольны.
Из этого мы сделали вывод, что все семьи, живущие в общежитиях, нуждаются. Исходя из этого, через два дня мы отвезли благотворительную помощь уже всему общежитию», - сказала замминистра.
«Если спонсор хочет увидеть каждый этап расходования его помощи, для этого создана возможность»
Как может филантроп, достойный человек проконтролировать тот факт, что его благотворительность достигла своих получателей? Ответ Эльмиры Баситхановой выразил ее мысли по этому вопросу, который интересовал многих.
По её словам, доставка благотворителями помощи в центр – это первое звено цепочки.
«У нас есть отдельные направления, которые принимают нуждающихся и принимают благотворительную помощь. Если спонсор хочет уточнить, куда и кому идет его помощь, то он может посмотреть каждый этап», - сказала Баситханова.
«Растущее количество дел об уголовном преследовании председателей МСГ, неправильное распределение выделенных средств - вызывает недоверие по отношению к новой системе»
Тот факт, что работа волонтеров была передана Министерству махалли и семьи, был встречен многими пользователями в социальных сетях «в штыки».
Последний вопрос, который мы задали первому заместителю министра во время беседы, был о причинах такого отношения.
Баситханова ответила, что причиной такой ситуации стало увеличение числа случаев уголовного преследования руководителей сходов граждан в последнее время, когда выделенные средства распределялись неправильно и в результате терялось доверие.
«Эта потеря доверия повлияла на новую систему, которая сейчас запускается. Но я думаю, что прозрачность сегодняшнего процесса развеет это недоверие. Это также оказывает давление на само министерство, и я думаю, что сегодня каждый должен привыкнуть брать на себя больше давления, чем обычно», - сказала Эльмира Баситханова.
Беседовал Ильяс Сафаров
Пресс-служба Управления мусульман Узбекистана
История распространения ислама в Бенгалии (современные Бангладеш и индийский штат Западная Бенгалия) является одним из самых удивительных примеров культурного диалога в истории мусульманской цивилизации, передает Исламосфера. Оказавшись в конце XVI века в окружении традиций индуизма и буддизма, бенгальские суфии столкнулись с вызовом: как объяснить суть ислама местному немусульманскому населению, не знающему арабского языка и мыслящему совершенно иными категориями?
Ответом на этот вызов стал эпос «Набиванша» («Родословная Пророка»), созданный на рубеже XVI–XVII веков суфийским наставником (пиром) и поэтом Сайидом Султаном в жанре «Истории пророков» (Кисас аль-Анбия). Это грандиозное произведение из 17 396 куплетов заложило фундамент уникального феномена, который исследователи называют «бенгальским исламом».
Лингвистический прорыв
К XVI веку мусульманское присутствие в Бенгалии насчитывало уже около четырех столетий, однако исламская теология и история оставались уделом элиты, поскольку их языками являлись исключительно арабский и персидский. Духовенство (маулави) считало народный бенгальский язык «нечистым» и непригодным для передачи религиозных истин. Сайид Султан, предположительно уроженец Читтагонга, был не согласен с этим. В предисловии к «Набиванше» он писал:
«По воле рока бенгальцы родились в Бенгалии, но они не понимают арабской речи… Но с каким бы языком Господь ни создал человека, этот язык — его бесценное сокровище».
«Набиванша» стала одним из первых масштабных текстов, зафиксировавших исламскую космологию и священную историю на бенгальском языке.
Культурный синтез
Хотя Сайид Султан создал первую полноценную исламскую космологию и священную историю на народном бенгальском языке, уникальность «Набиванши» определяется не только этим. Опираясь на концепцию Нур-и Мухаммад (Предвечного Света Пророка), разработанную суфийскими мыслителями от ат-Тустари до Ибн Араби в рамках учения вахдат аль-вуджуд (Единства бытия), автор переработал ее в русле понятий, близких бенгальским индуистам-вайшнавам. Для обозначения Единого Бога Сайид Султан использовал привычный местному населению термин Ниранджана (Чистый, Безвинный), а также ввел концепцию амса (божественной эманации). Согласно ей, изначальный свет Мухаммада был сотворен Всевышним из Его собственного Я (Амса). Согласно суфиям, этот свет предваряет создание вселенной и последовательно передается от Адама через всю цепочку пророков к Мухаммаду (мир ему).
Переосмысление пророков
В Южной Азии интеграция индуистского пантеона в мусульманскую картину мира была развитым литературным феноменом. Сайид Султан действовал в рамках этой традиции, но пошел еще дальше. Он не просто заимствовал метафоры, а полностью переписал священную историю Индии в рамках исламских понятий, включив в цепь исламских пророков (пайгамбар) не только тех, кто упомянут в Коране, но и ключевые фигуры индуистского пантеона — Брахму, Вишну, Шиву, Раму и Кришну.
В Коране сообщается, что на земле не было ни одного народа, к которому Аллах не направлял бы пророков, а согласно хадисам, общее число таких посланников за всю историю человечества достигало 124 тысяч или 224 тысяч. Исходя из этого, Сайид Султан видел Раму и Кришну пророками Единого Бога (Ниранджаны), направленными к народам древней Индии. Однако со временем индийцы обожествили их, перепутав Творца и Его творение, что привело к появлению многобожия. Сайид Султан делал вывод: поскольку Мухаммад является «Печатью пророков», вобравшим в себя весь Предвечный Свет, индуистам не нужно предавать свою историю — им нужно просто «вернуться» к финальному, очищенному источнику веры, то есть к исламу.
Целенаправленный проект исламского призыва
Объясняя свой мотив в тексте, Сайид Султан пишет, что наблюдал, как бенгальцы, принявшие ислам, продолжают читать индуистские эпосы, такие как «Махабхарата» и «Рамаяна», потому что у них не было аналогичных масштабных, увлекательных и понятных историй на родном языке. Поэтому вместо того чтобы просто запретить им читать индуистские тексты, он решил дать им альтернативу аналогичного масштаба, но переписанную с исламских позиций. Сайид Султан понимал, что для бенгальца образ Кришны — это понятный символ духовности, и через него легче объяснить концепцию пророчества, чем через неизвестных местным жителям древних пророков Ближнего Востока.
Таким образом, «Набиванша» — это не адаптация исламского жанра «Истории пророков» и не перевод в строгом смысле. Это оригинальное произведение, созданное автором с четкой целью: укоренить ислам на бенгальской земле, используя местную мифологию.
Оценка традиционных ученых
Традиционное исламское духовенство (улемы) Южной Азии исторически относилось и относится к «Набиванше» с осторожностью.
С одной стороны, ряд течений, таких как Деобанди или Ахль-и Хадис, усматривает в тексте серьезные догматические нарушения. Утверждения о том, что Мухаммад (мир ему) сотворен «из части Бога» (Амса), с точки зрения ортодоксального суннизма балансируют на грани нарушения таухида (строгого единобожия), стирая грань между Создателем и созданием. Также критикуется легитимизация имен индуистских божеств в качестве пророков, что считается недопустимым новшеством (бид’а).
С другой стороны, суфийские авторитеты защищают эпос, указывая, что речь идет о мистических аллегориях. Но даже строгие критики признают колоссальную практическую пользу «Набиванши» для даваата (исламского призыва): этот эпос позволил миллионам бенгальцев принять ислам, сохранив преемственность своей языковой и культурной идентичности.
Заключение
Эпос «Набиванша» способствовал становлению бенгальской мусульманской литературной традиции в средневековый период. Это произведение уникально тем, что представляет собой не просто синкретический текст, а первую масштабную попытку полной исламизации бенгальской культуры через её собственный язык и мифологию. А для современных исследователей оно служит ярким напоминанием о том, какими гибкими, глубокими и инклюзивными могут быть методы мусульманской проповеди на стыке цивилизаций.
Пресс-служба Управления мусульман Узбекистана