Идем, значит, по Регистану. Красота, и говорить нечего, но я рассказываю, как, когда, с чьего повеления и кем строились эти прекрасные медресе, про искусство мозаики и майолики, откуда наименование площади взялось. Не забываю о периодах вражеской осады, запустения, разрушения и восстановления упоминать. Слушают туристы раскрыв рты, охают, любуются, сэлфятся, сувениры в бывших хиджрах скупают…
Кто полюбознательней, с тыла решили зайти. Ну, думаю, там ведь не всегда порядочек. Ан нет. Вокруг погребения Шейбанихана аккуратненько, на аллеях не валяются метлы и ведра. Художники тут сидят с мольбертами, портреты, пейзажи рисуют. То-то раздолье публике понаехавшей!
На подходе к памятнику Первого Президента и у Чорсу вдруг исчезли торговцы подозрительной снедью, не носятся наперегонки кавалькады электровелосипедов многоместных. Лишь призывно стоят в ожидании седоков чистенькие ослики с разукрашенной арбой, да парочка породистых лошадок. Что б, значит, доставить жаждущих экзотики к Биби-ханум.
У стен мечети Биби-ханум язык мой так и пел: посмотрите налево, взгляните направо, а прямо перед вами подставка для корана, ляух называется… Тут неожиданно струны зазвучали на волнующей ноте, народ оглядывается, что, мол, почему? Неожиданно по дворику легкая, стройная женская тень промелькнула, сверкнув в солнечных лучах пестрым атласом, ворсистым бархатом. Вот чудеса - дивится радостно публика. И я радуюсь усердию, фантазии туристического нашего сервиса.
Зарядившись вдохновением, в комплексе Шахи-зинда не только историческими фактами сыпал, ступеньки сообща считал, еще курьезный случай из жизни. Старожилы, наверное, наслышаны про то, как некий любознательный иностранец решил ночью около мавзолеев царственных подежурить в ожидании сенсационной съемки. В итоге по голове получил и видеокамеры лишился. Сказывали, грабителей тогда, хоть и не было в помине туристической милиции, нашли...
Гур-Эмир, архитектурный шедевр, наполненный духом величия значимых в летописи мира персон. Визуальный обзор в сопровождении моего рассказа имел грандиозный успех, даже похлопали благодарные гости. Хотя, если честно, аплодисменты не в мой адрес, а тем самым грандиозным именам и судьбам, чей земной путь завершен под этими сводами, а также искусным старинным мастерам, возводившим их. Ну и мужественным темуридским воинам, что встречали и провожали у главного портала, облаченные в исторические одежды. Блестяще, поистине блестяще справились актеры со своими бессловесными ролями!
Обсуждая увиденное, заглянули в ближайшую махаллю и дружненько отобедали вкуснейшим пловом в ближайшей чайхане, усевшись за ярким дастарханом, разглядывая вышитые нарядные сюзане и улыбаясь персоналу в полосатых национальных халатах и тюбетейках, над челом же солидного завзалом возвышалась затейливая чалма. Все это, однозначно, сработало на положительные эмоции и радужные впечатления. Пришлось нижайше просить не расплескивать чувства, экономить на завтра…
А завтра идем мы уже по бульвару. Навстречу - дамы, пышными подолами дорожки подметают, шляпки на них с вуалетками, в руках кружевные парасольки, рядом вышагивают кавалеры - купцы да офицеры - и вальсы оркестр духовой играет. Хочешь, фоткайся рядом, хочешь – сядь на скамейку витиеватую и наблюдай. А в определенное время подкатывает пролетка с кучером в картузе…
Ох, вижу, нравится представление и туристам, и местному люду. Последним-то и невдомек, что группы экскурсантов заранее за эту стилизацию заплатили, пополнили городской ридикюль. Как и за трапезу в ресторане «Кауфман» за белоснежными крахмальными скатертями с растегаями, фаршированными осетрами и пожарскими котлетами. По залу половые, с причесочками на прямой пробор и перекинутыми через руку полотенцами, снуют. Уверен, надолго сия картинка из далекой Азии в памяти останется.
Далее по плану посещение еврейской махалли, прежние точки компактного проживания самаркандских армян, корейцев, крымских татар, турок, поляков… С увлекательным повествованием, конечно же, как, когда, почему попали и прижились. Обязательны к просмотру в каждом таком уголке - где дома, где комнаты, обустроенные в национальных традициях быта этих народов, - бережно собранные костюмы. Тут же желающие угощаются из рук красавиц в народных одеяниях присущими этим диаспорам блюдами. Угощаются, не скупясь, чебуреками, печеньем мазурка, мшоше из сазана и так далее. И везде у гостей удивление, восторг и уважение. Будет, чем необычным поделиться по приезду домой.
Раз уж про еду, можно и про туалеты, а они везде по последнему слову сантехники, гигиены и кондиционирования воздуха, оснащены даже гуталином и щетками для чистки обуви.
А я опять радуюсь: не успел Глава государства нашего выступить, чтоб как можно подольше гостей привлекать и задерживать, а у меня уже расписание на неделю вперед готово! Столько посмотрели, но еще больше осталось. В музеях пока не были, а их у нас теперь ого-го…
На третий день отправились в Хазрат-Хызр, а оттуда пешим ходом через Афрасиаб к Ходже Дониёру и на поклон великому Улугбеку. Путь не близок, но интересен. Фоткались, конечно, по пути. Фоном, в том числе, караван верблюдов облюбовали для съемки, и так, и этак… Ну, думаю, сейчас начнут потешаться, читая надписи. А у скульптурных фигур, представьте, бока оказались чистые - ни буковки, ни сердечка не начерякано, будто готовились к нашему вояжу.
Только об этом подумал, как взял и проснулся. НЕ, ну надо же, а… Привидится вдруг в ночи такое инженеру в третьем поколении! Хорошо хоть не с четверга на пятницу…
Тарас НАСМЕШКИН, “Самаркандский вестник”.
Пресс-служба Управления мусульман Узбекистана
Лист из редкой рукописи Корана возрастом более семи веков будет выставлен на аукцион «Christie’s» в Лондоне.
Как сообщает IQNA со ссылкой на "New Arab", страница редкой 700-летней рукописи Корана будет продана на аукционе «Christie’s» в следующем месяце. Ее оценочная стоимость составляет от 50 000 до 70 000 фунтов стерлингов.
Этот лист, богато украшенный и, как предполагается, написанный около 1310 года в эпоху Ильханидов, содержит аяты Корана, выполненные золотым письмом и окруженные сложным исламским орнаментом.
Рукопись будет представлена 12 ноября в рамках аукциона «Искусство исламского и индийского мира» в «Christie’s». В ходе мероприятия будет выставлено более 230 исторических артефактов, включая рукописи, керамику, живопись, изделия из металла и текстиль.
По данным «Christie’s», на листе начертаны первые три аята суры «Аль-Хумаза» (104-я сура Корана).
Текст написан золотым шрифтом «Мухаккак» — выдающимся стилем арабской каллиграфии, который часто использовался в роскошных и крупноформатных рукописях.
Буквы обведены черными, золотыми и серебряными чернилами, а сами аяты разделены сложными растительными орнаментами (арабесками), выполненными в золоте и различных цветах.
Заголовок суры написан черным куфическим письмом в золотой рамке и помещен в изысканный кадор (окантовку), состоящий из переплетенных арабесок и декоративного медальона на полях.
Размер листа составляет примерно 57,7 на 42,6 см. Столь внушительный формат подчеркивает важность, которую придавалось производству роскошных Коранов в эпоху Ильханидов (XIII–XIV века), когда они правили обширными территориями Ирана и Ирака.
Золочение этой рукописи приписывается Мухаммаду ибн Айбаку ибн Абдулле — одному из самых выдающихся художников-иллюминаторов, работавших в Багдаде в начале XIV века.
Имя Ибн Айбака связывают с двумя грандиозными экземплярами Корана, созданными для двора Ильханидов: один, предположительно, по заказу султана Газана (правил в 1295–1304 гг.), а другой — для его преемника, султана Олджайту.
Оба правителя принадлежали к монгольской династии, пришедшей к власти после завоеваний Чингисхана. Принятие ислама Газаном сыграло ключевую роль в укреплении позиций этой религии при дворе Ильханидов.
Этот период ознаменовался значительным расцветом производства исламских рукописей, особенно в Багдаде, где каллиграфы и художники создавали сложные стили, сочетающие арабское письмо с богатым цветочным декором.
По словам «Christie’s», данный лист очень похож на страницы, которые относились к королевским заказам Ибн Айбака, хотя личность каллиграфа, написавшего текст, остается неизвестной.
Аукционный дом также отмечает, что декоративный стиль произведения включает элементы, вдохновленные китайским искусством, что отражает художественный обмен во всем пространстве, когда-то объединенном Монгольской империей.
Происхождение (провенанс) этого листа ограничено: согласно данным «Christie’s», до 1971 года он находился в частной коллекции в Великобритании.
Пресс-служба Управления мусульман Узбекистана