Идем, значит, по Регистану. Красота, и говорить нечего, но я рассказываю, как, когда, с чьего повеления и кем строились эти прекрасные медресе, про искусство мозаики и майолики, откуда наименование площади взялось. Не забываю о периодах вражеской осады, запустения, разрушения и восстановления упоминать. Слушают туристы раскрыв рты, охают, любуются, сэлфятся, сувениры в бывших хиджрах скупают…
Кто полюбознательней, с тыла решили зайти. Ну, думаю, там ведь не всегда порядочек. Ан нет. Вокруг погребения Шейбанихана аккуратненько, на аллеях не валяются метлы и ведра. Художники тут сидят с мольбертами, портреты, пейзажи рисуют. То-то раздолье публике понаехавшей!
На подходе к памятнику Первого Президента и у Чорсу вдруг исчезли торговцы подозрительной снедью, не носятся наперегонки кавалькады электровелосипедов многоместных. Лишь призывно стоят в ожидании седоков чистенькие ослики с разукрашенной арбой, да парочка породистых лошадок. Что б, значит, доставить жаждущих экзотики к Биби-ханум.
У стен мечети Биби-ханум язык мой так и пел: посмотрите налево, взгляните направо, а прямо перед вами подставка для корана, ляух называется… Тут неожиданно струны зазвучали на волнующей ноте, народ оглядывается, что, мол, почему? Неожиданно по дворику легкая, стройная женская тень промелькнула, сверкнув в солнечных лучах пестрым атласом, ворсистым бархатом. Вот чудеса - дивится радостно публика. И я радуюсь усердию, фантазии туристического нашего сервиса.
Зарядившись вдохновением, в комплексе Шахи-зинда не только историческими фактами сыпал, ступеньки сообща считал, еще курьезный случай из жизни. Старожилы, наверное, наслышаны про то, как некий любознательный иностранец решил ночью около мавзолеев царственных подежурить в ожидании сенсационной съемки. В итоге по голове получил и видеокамеры лишился. Сказывали, грабителей тогда, хоть и не было в помине туристической милиции, нашли...
Гур-Эмир, архитектурный шедевр, наполненный духом величия значимых в летописи мира персон. Визуальный обзор в сопровождении моего рассказа имел грандиозный успех, даже похлопали благодарные гости. Хотя, если честно, аплодисменты не в мой адрес, а тем самым грандиозным именам и судьбам, чей земной путь завершен под этими сводами, а также искусным старинным мастерам, возводившим их. Ну и мужественным темуридским воинам, что встречали и провожали у главного портала, облаченные в исторические одежды. Блестяще, поистине блестяще справились актеры со своими бессловесными ролями!
Обсуждая увиденное, заглянули в ближайшую махаллю и дружненько отобедали вкуснейшим пловом в ближайшей чайхане, усевшись за ярким дастарханом, разглядывая вышитые нарядные сюзане и улыбаясь персоналу в полосатых национальных халатах и тюбетейках, над челом же солидного завзалом возвышалась затейливая чалма. Все это, однозначно, сработало на положительные эмоции и радужные впечатления. Пришлось нижайше просить не расплескивать чувства, экономить на завтра…
А завтра идем мы уже по бульвару. Навстречу - дамы, пышными подолами дорожки подметают, шляпки на них с вуалетками, в руках кружевные парасольки, рядом вышагивают кавалеры - купцы да офицеры - и вальсы оркестр духовой играет. Хочешь, фоткайся рядом, хочешь – сядь на скамейку витиеватую и наблюдай. А в определенное время подкатывает пролетка с кучером в картузе…
Ох, вижу, нравится представление и туристам, и местному люду. Последним-то и невдомек, что группы экскурсантов заранее за эту стилизацию заплатили, пополнили городской ридикюль. Как и за трапезу в ресторане «Кауфман» за белоснежными крахмальными скатертями с растегаями, фаршированными осетрами и пожарскими котлетами. По залу половые, с причесочками на прямой пробор и перекинутыми через руку полотенцами, снуют. Уверен, надолго сия картинка из далекой Азии в памяти останется.
Далее по плану посещение еврейской махалли, прежние точки компактного проживания самаркандских армян, корейцев, крымских татар, турок, поляков… С увлекательным повествованием, конечно же, как, когда, почему попали и прижились. Обязательны к просмотру в каждом таком уголке - где дома, где комнаты, обустроенные в национальных традициях быта этих народов, - бережно собранные костюмы. Тут же желающие угощаются из рук красавиц в народных одеяниях присущими этим диаспорам блюдами. Угощаются, не скупясь, чебуреками, печеньем мазурка, мшоше из сазана и так далее. И везде у гостей удивление, восторг и уважение. Будет, чем необычным поделиться по приезду домой.
Раз уж про еду, можно и про туалеты, а они везде по последнему слову сантехники, гигиены и кондиционирования воздуха, оснащены даже гуталином и щетками для чистки обуви.
А я опять радуюсь: не успел Глава государства нашего выступить, чтоб как можно подольше гостей привлекать и задерживать, а у меня уже расписание на неделю вперед готово! Столько посмотрели, но еще больше осталось. В музеях пока не были, а их у нас теперь ого-го…
На третий день отправились в Хазрат-Хызр, а оттуда пешим ходом через Афрасиаб к Ходже Дониёру и на поклон великому Улугбеку. Путь не близок, но интересен. Фоткались, конечно, по пути. Фоном, в том числе, караван верблюдов облюбовали для съемки, и так, и этак… Ну, думаю, сейчас начнут потешаться, читая надписи. А у скульптурных фигур, представьте, бока оказались чистые - ни буковки, ни сердечка не начерякано, будто готовились к нашему вояжу.
Только об этом подумал, как взял и проснулся. НЕ, ну надо же, а… Привидится вдруг в ночи такое инженеру в третьем поколении! Хорошо хоть не с четверга на пятницу…
Тарас НАСМЕШКИН, “Самаркандский вестник”.
Пресс-служба Управления мусульман Узбекистана
Шейх Махмуд Халиль аль-Хусари был великим египетским кари (чтецом), известным своей уникальной школой рецитации, передает IQNA.
В эти дни отмечается годовщина рождения шейха аль-Хусари, одного из самых прославленных чтецов Священного Корана в исламском мире.
Его имя стало синонимом особой школы исполнения и таджвида (правил чтения Корана).
Он также был известен своими масштабными усилиями в области записи, преподавания и распространения правил коранического чтения.
Аль-Хусари родился в 1917 году в деревне Шубра-эль-Намла в провинции Гарбия и вырос в среде, тесно связанной с заучиванием Священного Корана и изучением его наук.
В дальнейшем он построил карьеру, которая сделала его одним из самых выдающихся чтецов в Египте и во всем арабском мире.
Шейх аль-Хусари славился точностью своего чтения, четкостью дикции и строгим соблюдением правил таджвида.
Его голос стал неотъемлемой частью эфиров радиостанций, транслирующих чтение Корана.
Более того, миллионы записей его рецитаций были распространены по всему миру.
Одним из важнейших этапов в его карьере стала полная запись всего Корана — шаг, оказавший глубокое влияние на сохранение традиций чтения и сделавший его доступным для многих поколений.
Его имя стало ассоциироваться как с мелодичным, так и с высокохудожественным стилем чтения, что сделало его записи эталоном для тех, кто стремится освоить правильное чтение Корана.
Влияние аль-Хусари вышло далеко за пределы Египта и арабского мира, достигнув международной арены.
Он участвовал в поездках и мероприятиях за пределами Египта, а его голос стал узнаваем среди мусульман во многих странах.
Имя шейха аль-Хусари также связано с его чтением Корана в Белом доме во время визита в США.
Это событие закрепило его авторитет за пределами исламского мира и продемонстрировало широкий интерес к голосу одного из самых выдающихся чтецов Египта.
Аль-Хусари был одним из самых преданных делу обучения и искусства таджвида чтецов, оставив после себя труды и записи, которые помогли распространить принципы правильного чтения.
Он также играл заметную роль в религиозной и культурной жизни Египта.
Шейх аль-Хусари ушел из жизни в 1980 году, завершив выдающийся путь, охвативший десятилетия.
Однако его записи по-прежнему звучат, а его голос продолжает находить отклик у новых поколений слушателей.
Годовщина его рождения дает возможность еще раз вспомнить жизнь чтеца, чье имя стало синонимом Священного Корана в Египте и за его пределами.
Его голос остается частью слуховой памяти миллионов людей благодаря записям, влияние которых преодолевает время и границы.
Пресс-служба Управления мусульман Узбекистана