20 Сентябрь, 2026, 9 Раби ас-сани, 1448
20 Сентябрь, 2026, 9 Раби ас-сани, 1448
Если сравнивать Хая ибн Якзана и Робинзона Крузо, то Робинзон своим поведением и действиями представляет западную цивилизацию, а Хай с его чистотой, духовными исканиями и преклонением перед мудростью – все то, чем исламская цивилизация владела, но утратила в наши дни, пишет Мехмед Мазлюм Челик.
Турецкий социолог Шериф Мардин (1927-2017) заявлял, что «Хай ибн Якзан» и «Робинзон Крузо», затрагивающие одну и ту же тему, имеют чрезвычайно важное значение с точки зрения раскрытия фундаментальных различий между нравственными ценностями исламской и западной цивилизаций. Он писал: «Оба романа основаны на схожем опыте. Но Хай безгрешен по своей природе, а Робинзон оказался на острове, отправившись в путешествие за рабами.
По данным издания Исламосфера, Робинзон продолжает и на острове воплощать свое понимание рабства, а Хай ищет смысл жизни.
Робинзон основывает на острове королевство, а Хай влюбляется в совершенное творение и упорядоченность мира.
Даже после того, как он оказался на острове, Робинзон не меняется, продолжая оставаться эгоистически настроенным, в то время как Хай стремится привести свою душу, в основе которой лежит добро, к мудрости».
Известный исламский ученый Роже Гароди следующим образом раскрывает различия между двумя произведениями: «Робинзон принес с собой на остров свой индивидуализм, свое оружие, а также стремление к власти над природой, которую он сделал пригодной для сельского хозяйства, и Пятницей, которого подчинил себе».
Хай ибн Якзан на необитаемом острове
Первый философский аллегорический роман под названием «Хай ибн Якзан написал Ибн Сина, а после это сделал Шихаб ад-Дин Сухраварди. Но широкую популярность получило одноименное произведение, созданное Ибн Туфайлем.
Матерью Хая ибн Якзана была принцесса, отец которой воспротивился ее браку с любимым. Тогда она взяла рожденного ею сына, положила в сундук и бросила море, положившись на Аллаха. Волны вынесли ребенка на необитаемый остров, где он и вырос, вскормленный газелью.
С того момента, как Робинзон Крузо ступает на остров, он стремится установить господство над всем живым. Это видно даже в отношениях с попугаем, его первым другом. Отношения Хая с живыми существами на острове основаны на том, что он стремится понять их, обращается с ними как с людьми и не рассматривает как только источник удовлетворения своих потребностей.
Духовные искания Хая ибн Якзана напоминают те, которые пережил пророк Ибрахим (мир ему): «Когда ночь покрыла его своим мраком, он увидел звезду и сказал: «Вот мой Господь!» Когда же она закатилась, он сказал: «Я не люблю тех, кто закатывается». Когда он увидел восходящую луну, то сказал: «Вот мой Господь!» Когда же она закатилась, он сказал: «Если мой Господь не наставит меня на прямой путь, то я стану одним из заблудших людей». Когда он увидел восходящее солнце, то сказал: «Вот мой Господь! Оно больше других». Когда же оно зашло, он сказал: «О мой народ! Я непричастен к тому, что вы приобщаете в сотоварищи. Я искренне обратил свой лик к Тому, Кто сотворил небеса и землю, и Я не принадлежу к многобожникам!»» (Аль-Анам, 76-79).
После смерти газели, самого близкого ему существа, Хай начинает исследовать, чем является то, что дарует жизнь существующим. Он видит мертвое тело своей приемной матери, оно совершенно целое, но то, что дарило ему тепло, материнскую любовь, исчезло. Хай понимает, что тело на самом деле не имело ничего общего с действиями, которые, как считалось, произошли от него. Все эти действия были результатом чего-то другого, того, что временно пребывало в теле, а затем покинуло его. Так он приходит к пониманию существования души.
После этого открытия вопросов у Хая становится еще больше. Что создало душу, как образовалось время, было ли сначала сотворено пространство? Что за сила стоит за идеальной гармонией этого мира? Почему камень, брошенный в воду, утонул, а более тяжелое бревно поплыло? Может ли настать конец звездам на небе или даже самому небу?
Вопросы, которыми задается Хай, чрезвычайно логичны и свободны от догм, и предлагают важные ключи к разгадке знаний и исканий исламской цивилизации. В то время как они превратили Хая в мудреца и привели его к Аллаху, Робинзон на острове переживал совсем другие приключения.
Робинзон Крузо на необитаемом острове
Приключение Робинзона отличается от пережитого Хаем прежде всего своей целью. Если последний оказался на острове не в результате своих усилий, то Робинзон – в результате западной политики колониализма и империализма. Он отправился в свое путешествие с целью приобрести рабов в Африке и продать их в портах Южной Америки. Более того, никакой опыт, полученный им на острове, не лишил его этих желаний и не очистил его.
Жизнь Робинзона на острове также сильно отличается от жизни Хая. Пока последний поражается чудесам острова, и пытается понять их, Робинзон объявляет себя хозяином и королем кусочка суши, на который попал.
Кроме того, Робинзон сначала порабощает Пятницу, а затем пытается обратить его в христианство, занимаясь миссионерской деятельностью. Он рассматривает культуру туземца как низшую и пытается воспитать в нем западное сознание. Но такое воспитание служит цели подготовки хорошего слуги, а не превращение его в белого жителя Запада.
Подводя итог, можно сказать, что на острове Робинзона доминируют западный империализм, колониализм и миссионерство. Робинзон приобретает опыт, но не меняется сам. Напротив, он пытается изменить остров и даже господствовать над ним. Кроме того, сначала Робинзон порабощает своего единственного друга Пятницу, а затем обучает его быть хорошим слугой.
Если сравнивать два этих произведения, то Робинзон своим поведением и действиями представляет западную цивилизацию, а Хай с его чистотой, духовными исканиями и преклонением перед мудростью – все то, чем исламская цивилизация владела, но потеряла в наши дни.
Пресс-служба Управления мусульман Узбекистана
Али Реза Сафа, турецкий переводчик Корана, в своей работе стремится максимально заменить традиционную терминологию арабскими эквивалентами на турецкие аналоги. Это вызвало протесты со стороны ряда ученых-богословов страны.
Как сообщает IQNA, в период Османского халифата процесс перевода Корана на турецкий язык столкнулся с застоем из-за религиозных фетв и законодательных запретов на перевод священного текста. Однако после распада халифата этот процесс начал стремительно развиваться.
За последние сто лет в Турции было опубликовано более 150 переводов Корана на турецкий язык. В связи с этим маловероятно, что новые работы могут содержать нечто принципиально новое. Тем не менее, ежегодно появляются новые переводы: как подробные издания с научными комментариями, подготовленные группами академиков, так и частные интерпретации текста.
Жалобы турецких ученых на «искажающий» перевод Корана
Одним из относительно недавних примеров является перевод под названием «Kur’an Gerçek» («Истинный Коран»), автором которого является Али Реза Сафа (Ali Rıza Safa).
Впервые опубликованный в 2014 году издательством İlker в Стамбуле, этот труд подвергся резкой критике. С тех пор вышло несколько изданий: одно — с подробным введением и комментариями (2014 и 2018 гг.), другое — только с самим текстом перевода (в различных редакциях, последняя из которых датируется 2021 годом). Все издания выпущены одним и тем же издателем, а название последних версий было изменено на «Kur’an-i Kerim Gerçek» («Истинный Священный Коран»).
Новые редакции также претерпели некоторые изменения в самом тексте. В 2016 году первый выпуск в городе Кайсери вызвал скандал. Группа местных мусульманских ученых подала жалобу в региональные власти, утверждая, что данное издание содержит искажения священного текста, и потребовала прекратить его распространение. Тем не менее, это не привело к юридическим последствиям для автора или запрету на распространение перевода. Однако возникает вопрос: что именно в этом переводе вызывает столько споров?
Во-первых, практически нет информации об академическом бэкграунде Али Резы Сафы. Он также публиковал книги на религиозные темы, например, «Истинная религия в свете истины» (Стамбул, 2021). Судя по всему, он не имеет связей с официальными научными кругами и институтами исламского богословия Турции. В Турции принято, что религиозные труды публикуют преимущественно выпускники факультетов теологии (Ilahiyat).
В изданиях отсутствует информация об авторе, однако на обложке содержится политически окрашенное утверждение: «Если бы не Мустафа Кемаль Ататюрк, турецкий народ не смог бы читать Коран на турецком языке». В предисловии к версии 2021 года имя Ататюрка упоминается дважды: сначала в посвящении великому деятелю истории Турции, а затем в тезисе автора о том, что именно Ататюрк сделал Коран доступным для чтения на турецком языке после «тысячелетнего запрета».
Это высказывание вызывает ряд вопросов. Безусловно, Ататюрк оказал влияние на процесс, так как современное понимание перевода Корана как самостоятельного текста (а не просто комментария) сформировалось именно в период национальных реформ Республики. Однако многие традиционные мусульманские ученые Турции связывают политику кемализма с секуляризацией и часто рассматривают попытки «тюркизации» ислама, предпринятые в ту эпоху, как нечто спорное, граничащее с ересью.
Перевод: духовный эквивалент или «деарабизация» Корана?
Если проанализировать лексику перевода, можно заметить признаки «секулярного кемализма». В то время как большинство современных турецких переводчиков используют термины, заимствованные из арабского (которые уже стали частью турецкого религиозного языка), Сафа стремится к их полной замене.
Например, при переводе первой суры Аль-Фатиха большинство переводчиков пишут: *«Hamd, âlemlerin Rabbi Allah’adır»* (Хвала Аллаху, Господу миров), сохраняя слово «Rab» (Господь). В то же время Сафа использует конструкцию «Evrenlerin Efendisi Allah’a övgüler olsun»* («Хвала да будет Аллаху, Владыке вселенных»). Здесь ключевым отличием является использование слова «Efendi» (Владыка/Господин) вместо традиционного для исламского контекста «Rab», что является попыткой полностью перестроить религиозный язык на светские турецкие рельсы.
Вместо этого Али Реза Сафа выбирает формулировку «Evrenlerin Efendisi Allah’a övgüler olsun». Здесь стоит отметить его необычный выбор для перевода слова «Rab» (Господь). В то время как почти все турецкие переводчики используют само слово «Rab» (которое также присутствует в турецком языке), Сафа выбирает слово «Efendi», которое носит более светский и обыденный оттенок обращения к уважаемому лицу.
Похожий путь ранее прокладывал Эдип Юксель (Edip Yüksel) — одна из неоднозначных фигур «реформистского ислама». Судя по всему, Али Реза Сафа в своей критике традиционализма следует по стопам Юкселя. В издании 2018 года, комментируя 79-й аят суры «Аль-Бакара», он отвергает концепцию «хадиса кудси» в мусульманской традиции, утверждая, что единственным откровением, полученным Пророком от Бога, является сам Коран.
В переводе религиозной терминологии автор продолжает придерживаться стратегии «локализации».
Например, в переводе 144-го аята суры «Аль-Бакара» он заменяет термин «Аль-Масджид аль-Харам» на «Kutsal yakarış evi» («Священный дом молитвы»).
Похоже, что для Али Резы Сафы эта «туркизация» текста — не только лингвистический вопрос, но и вопрос религиозной практики. В предисловии к изданию 2018 года он открыто высказывает мнение, что во время обязательных молитв (намазов) Коран следует читать на турецком языке, поскольку считает, что понимание смысла слов может «углубить духовность молитвы».
Таким образом, как отмечается в исследовании Байрама Кёсеоглу (Bayram Köseoğlu), опубликованном в 2021 году под названием «Являются ли переводы Корана тем же самым Кораном?», Сафа рассматривает перевод как «духовный эквивалент» арабского оригинала. Это объясняет и скандал, разразившийся вокруг его книги на книжной ярмарке в Кайсери в 2016 году.
Благодаря стратегии намеренной «деарабизации», данный перевод, безусловно, будет вызывать споры в традиционных религиозных кругах. Именно поэтому «Kur’an Gerçek» остается маргинальным трудом, хотя он представляет интерес как объект для изучения сложных процессов взаимодействия секуляризма и традиционализма в современной Турции.
Пресс-служба Управления мусульман Узбекистана
Иман 
Молитва 
Голодание 
Закот 
Хадж 
Коран 
Уроки Ислама 
Контакт 