Традиционно священный месяц – это время поста, духовных размышлений и общения с близкими. Но для многих арабских семей реклама, давление со стороны общества, растущий средний класс и потребительство, в авангарде которого стоят страны Персидского залива, превращают его в сезон больших ожиданий, сравнимый с Рождеством на Западе, пишет Камран Джабраили.
Амина в растерянности: ее пригласили в гости, а надеть нечего. Получив приглашение, девушка, которая работает в банковской сфере, в полночь помчалась в торговый центр, чтобы поискать себе идеальный наряд: что-то гламурное, но не кричащее, элегантное, но не серое.
Повод? Рамадан.
«Вы должны выглядеть наилучшим образом, когда вас приглашают во время Рамадана. Это время, когда все увидят вас и до конца года будут вспоминать, как вы выглядели», – говорит Амина. 
Социальное давление не только ослабляет главную идею Рамадана о жертвенности и солидарности с бедными. Оно также подталкивает некоторые арабские семьи жить не по средствам в этот священный месяц.
Потребительство в это время в регионе достигает невиданных масштабов. Модные линии Рамадана, косметика, тематические тарелки, чашки и подушки – все это покупают десятки миллионов мусульман, которые либо принимают гостей у себя, либо приглашены на разговение, ифтар. Западные бренды, такие как H & M, предлагают скромную дизайнерскую одежду не только для ифтара, но даже для предрассветной трапезы, сухура. Семьи в странах Персидского залива, Иордании и Ливане тратят время и немалые средства на придание своим домам идеального вида.
«Женщины стремятся выглядеть в Рамадан наилучшим образом, чтобы произвести впечатление на своих родственников, родных мужа и соседей. В социальном плане это время становится более важным, чем свадебный сезон», – говорит Роммуз Садек, чья служба стилистов Al Mrayti в Иордании отмечает рост заказов в священный месяц.
Между тем еще 20 лет назад, готовясь к Рамадану, арабские семьи просто запасались финиками, сухофруктами, соками и готовили сезонные десерты, такие как блинчики катаеф. Из украшений ограничивались красочными лентами и латунными фонарями.
«Раньше мы ели, молились и ели катаеф. Теперь наши дети хотят все: соки Рамадана, фонари Рамадана, необычные закуски», – говорит Умм Самар, покупательница на рынке Аммана.
Экономисты и социологи прослеживают связь между возникновением культуры потребления в Рамадан и сетями спутникового телевидения, которые стали появляться в регионе в 1990-х годах. После ифтара все больше арабских семей стали собираться у телевизора, чтобы посмотреть мыльные оперы, документальные фильмы или спортивные состязания. Этим воспользовались рекламодатели. Сейчас Рамадан – это рекламный суперкубок арабского мира, когда ближневосточные компании тратят до 65% своего годового бюджета на рекламу в течение священного месяца.
«Раньше не было сотен спутниковых каналов или социальных сетей, которые рассказывали бы людям, что им следует купить и как отпраздновать… Теперь реклама предписывает людям жить и потреблять на уровне, который не только противоречит духу праздника и ислама, но и часто находится вне их досягаемости», – говорит Хусейн Хозахе, иорданский социолог и обозреватель. 
Появление смартфонов вывело рекламу Рамадана на совершенно новый уровень.
По данным Facebook (принадлежит компании Meta, которая признана экстремистской и запрещена в России) на Ближнем Востоке и в Северной Африке пользователи проводят в Facebook на 5% больше времени в течение священного месяца. В Саудовской Аравии, Египте и ОАЭ Google сообщает о 150-процентном увеличении просмотров мыльных опер на YouTube, на 30% – видеороликов о путешествиях и на 27% – религиозного контента. Все это время зрителей бомбардируют тематической рекламой.

Потребительству способствует рост количества и ассортимента готовых и замороженных продуктов и кухонной техники, доступной для среднего класса, – все это сокращает время приготовления блюд на ифтар из нескольких блюд с целого дня до двух часов. Кроме того, в Персидском заливе, Иордании, Ливане и на Западном берегу появляется все больше ресторанов, которые предлагают недорогую арабскую кухню, имитирующую домашнюю. Как заявляют экономисты, сократив время на приготовление еды или совсем отказавшись от готовки в Рамадан, женщины тратят энергию на более необычные блюда, декор и развлечения.
Это потребительство противоречит не только духу Рамадана, который поощряет жертвенность, терпение и сочувствие по отношению к бедным, но даже основным принципам самого ислама. Коран предостерегает от расточительства: «Ешьте и пейте, но не расточительствуйте, ибо Он не любит расточительных» (аль-Араф, 7/31). 
Социологи и эксперты заявляют, что в данном случае культурные нормы начинают доминировать над религиозными. «Это говорит не только о силе этого давления, но и об отсутствии истинного исламского понимания в арабском мире сегодня», – отмечает Хусейн Хозахе.
Свой вклад вносят и социальные сети. Когда блогеры и влиятельные лица делятся красочными фото ифтара и сухура в Instagram, Facebook (принадлежат компании Meta, которая признана экстремистской и запрещена в России) и других платформах, это оказывает давление на их подписчиков. Таким образом, пользователи, особенно матери и жены, стремятся не только «не отставать» от соседей, но и конкурируют с совершенно незнакомыми людьми по всему арабскому миру.
Некоторые семьи влезают в долги во время Рамадана. «Мы принимаем у себя моих родственников, родственников моей жены, соседей. А это ифтары, сладости и кофе для более чем 100 человек. Если ты сам получил приглашение, все равно необходимы средства, потому что надо приносить подарок», – говорит Абу Саед, инженер-строитель и отец троих детей. Он рассказывает, что за последние два Рамадана занял 700 долларов у банков и родственников, чтобы прожить этот месяц.

Пресс-служба Управления мусульман Узбекистана