Послание Руми о войнах и неспокойных временах: «Зажги свой маяк!»
«Не говори: «Все ведут войны. Какая польза от моего мира?» / Ты не один, нас тысячи. Зажги свой маяк!», – заявлял великий поэт Джалал ад-Дин Руми. Эти строки сейчас снова являются актуальными, пишет Мариан Бремер.
По данным издания Исламосфера, во времена Руми могло сложиться впечатление, что мир буквально тонет в крови. Всего через несколько лет после того, как его семья покинула свой дом в Балхе, монгольские орды пронеслись по региону, сея смерть и разрушение.
Позже Руми заявил в «Диван-и Шамс»: «Люди бегут от монголов / Мы же служим Создателю монголов». Эти строки являются хорошим примером видения поэта единства всего сущего, которое остается неизменным на фоне постоянной борьбы противоположностей в нашем мире. Они также демонстрируют непоколебимую невозмутимость мистика, открывшего внутри себя источник веры и уверенности, на который не влияют никакие внешние события, включая войны.
Руми стал маяком, привлекающим людей из всех культур и религиозных конфессий в Конье. Для него не существовало различий между людьми. Он видел себя в каждом, видел в других, в первую очередь, божественную сущность.
Напряженность и конфликты между людьми, как напоминает нам Руми, покоятся на парадигме разделения – видения двух там, где на самом деле существует только одно. Особенно часты разногласия между религиями из-за имен и форм, хотя все эти внешние проявления в конечном итоге вытекают из неделимого единства.
Персидский поэт Хафиз, живший в столетии после Руми, в этом был согласен с ним. Он писал: «Прости войну 72 сект – не признавая истину, они встали на путь фантазии».
В «Маснави» приводится история об арабе, греке, персе и тюрке, среди которых разгорелся спор. Араб хочет купить «анаб», грек – «истафил», перс – «ангур», а тюрок – «узюм». Их примиряет прохожий, купив для них виноград. Ведь все эти слова – названия этой ягоды на разных языках.
Согласно Руми, мораль этой истории такова: «Разобщенность людей вызвана названиями / Мир наступает, когда они доходят до внутреннего смысла». Но нафс, эго человека, мешает примирению. Он приводит людей к разделению и побуждает их совершать плохие поступки. Одной из его характеристик является высокомерие и отсутствие смирения – проблема, которую часто можно увидеть в современной культуре дебатов. Как пишет Руми в «Маснави»: «Нет большего зла в твоей душе, гордый человек, чем заблуждение совершенства».
Поэт был решительно против всех форм догматизма и фанатизма и считал, что именно они часто приводили к войнам и конфликтам в истории человечества. Между тем, согласно ему, противоположные точки зрения и взгляды показывают многогранность проявления божественного на земле.
Но пока люди внутренне раздроблены, то есть пока в их душах идет война противоборствующих призывов и порывов, не может быть мира и во внешнем мире.
Возможно, самый важный урок, который можно извлечь из учения Руми для современности, заключается в понимании того, что мир во всем мире может быть достигнут только путем трансформации человеческого сознания. Поэт снова и снова напоминает нам, что такое изменение возможно.
И это делает его фигурой настолько вневременной, что его слова продолжают трогать миллионы сердец спустя семь с половиной столетий после смерти. Руми призывает нас отказаться от желания самоутвердиться в постоянно меняющемся внешнем мире и отправиться в путешествие внутрь себя, что может привести нас к сокровищу глубоко внутри нас: «Путешествуй от себя к своему Я! / Ибо это путешествие превратит пыль в золотую жилу».
Пресс-служба Управления мусульман Узбекистана
Как арабские фразы «иншаАллах» и «валЛахи» стали частью западного сленга и поп-культуры
На Западе арабские выражения «иншаАллах» («если пожелает Аллах») и «валЛахи» («клянусь Аллахом») давно вышли за рамки сугубо религиозного контекста. Сегодня эти слова уверенно закрепились в светском лексиконе молодежи, став неотъемлемой частью интернет-культуры, поп-индустрии и повседневного городского сленга в Европе и США. Особенно активно их используют подростки в мультикультурных мегаполисах, причем независимо от их собственного этнического происхождения или вероисповедания, передает Исламосфера.
От иммигрантских кварталов до национальных словарей
Первым и главным катализатором распространения арабской лексики стала миграция и формирование уникальных городских социолектов в крупных европейских странах. В Германии в молодежной среде крупных городов, таких как Берлин и Франкфурт, активно используется так называемый Kiezdeutsch — этнолект, сформировавшийся под влиянием турецкого и арабского языков. Слово «wallah» здесь превратилось в универсальный маркер подтверждения слов. Подростки используют его как синоним немецкого «Ich schwöre» («клянусь», «честное слово») или для выражения сильного удивления. В шведском молодежном сленге, который получил название förortssvenska или «пригородный шведский», слово «wallah» используется в аналогичном значении — для подкрепления истинности своих слов в повседневном диалоге. Во Франции в парижском и лионском уличном сленге арабские заимствования укоренились благодаря североафриканской диаспоре. Здесь фраза «wallah» выполняет роль междометия «я серьезно» или «правда».
Лингвистическая статистика и тренды
Сдвиг в сторону глобальной легитимизации этих слов подтверждается объективными цифровыми данными. По данным анализа глобальной новостной базы GDELT, отслеживающей мировые медиа, количество упоминаний слова «иншаАллах» в англоязычной прессе выросло в три раза за последние годы. При этом журналисты все чаще используют его без перевода и дополнительных пояснений, рассчитывая на понимание англоязычного читателя. Статистика Google Trends фиксирует долгосрочный рост интереса к значению этих фраз. Число запросов «meaning inshallah» («значение иншаАллах») увеличилось более чем на 130%, а запросы на прямой перевод этого слова с арабского выросли в несколько раз.
Влияние медиа, политики и музыки
Проникновению исламских терминов в массовое сознание западного обывателя способствовали громкие прецеденты с участием публичных фигур, в первую очередь, шоу-индустрии. Например, британский исполнитель Стинг выпустил трек под названием «Inshallah», а популярный канадский рэпер Дрейк также периодически использует арабские сленговые выражения в своих треках, что мгновенно подхватывается миллионами его слушателей по всему миру. Последним нашумевшим случаем такого рода стало, когда в апреле 2026 года в интервью People актриса Энн Хэтэуэй на вопрос о старении ответила: «Я хочу прожить долгую, здоровую жизнь, иншаАллах». Позднее растроганные фанаты мусульманского происхождения официально подарили голливудской звезде Коран прямо на ковровой дорожке, а актриса с улыбкой и благодарностью приняла священную книгу.
В 2019 году после избрания первых мусульманок Ильхан Омар и Рашиды Тлаиб в Конгресс США исламские термины стали чаще звучать в политических новостях. В 2020 году Джо Байден использовал слово «иншаАллах» в ироничном контексте во время предвыборных теледебатов, комментируя обещание Трампа опубликовать налоговую декларацию. Это вызвало мощную волну обсуждений в американских СМИ.
Свой вклад вносят и спортсмены. Звезды мирового футбола и бокса немусульманского происхождения, такие как Эрлинг Холанд или Тайсон Фьюри, регулярно используют фразы «иншаАллах» и «машаАллах» в своих социальных сетях и интервью при общении с коллегами-мусульманами.
Семантический сдвиг и мем-культура
Попадая в светскую интернет-среду (TikTok, X, Reddit), религиозные термины неизбежно претерпевают десакрализацию и меняют свое первоначальное значение. «ВалЛахи» на Западе окончательно трансформировалось в аналог английских разговорных фраз «really?» («Правда?», «Реально?», «Да ладно?», «Серьёзно?», «В натуре?»), «seriously» («Серьёзно», «Без шуток», «Я серьёзно», «Честное слово») или «not gonna lie» (сокращенно ngl — «не буду врать»). Его используют просто для усиления эмоциональной окраски предложения. «ИншаАллах» молодые люди часто используют как светский аналог фразы «постучи по дереву» (knock on wood), т.е. в значении «чтобы не сглазить», «тьфу-тьфу», или как обозначение процесса «манифестации» (визуализации желаемого будущего). В то же время в интернет-пространстве за словом закрепился ироничный оттенок крайнего скепсиса — его пишут тогда, когда выражают сильное сомнение в том, что загаданное событие вообще когда-либо произойдет.
Ярким примером такой десакрализации и интеграции в поп-культуру стал знаменитый интернет-мем «Inshallah they find him» («ИншаАллах, они найдут его»), зародившийся примерно в 2021 году. В его основе лежала фотография реального рукописного объявления на доске извещений, приглашавшего мусульманские семьи на «халяльный кинопросмотр» мультфильма «В поисках Немо». Из-за простого любительского дизайна и трогательной, абсолютно серьезной подписи к картинке с рыбкой — «ИншаАллах, они найдут его» — изображение мгновенно разлетелось по сети. Сегодня светские пользователи на Западе используют эту фразу как самостоятельный текстовый мем, когда иронично комментируют поиски потерянных бытовых вещей – ключей, наушников или пульта и т.п.
Реакция мусульманского сообщества
Среди мусульманских мыслителей и блогеров на Западе нет единого мнения относительно этого феномена. С одной стороны, многие представители диаспор видят в этом позитивный сдвиг: нормализация арабских слов в речи мировых знаменитостей и блогеров помогает снизить уровень исламофобии, делая культуру Востока ближе и понятнее для западного человека. С другой стороны, звучит и обоснованная критика: религиозные авторитеты призывают не забывать о сакральном значении слов, напоминая, что упоминание имени Всевышнего («валЛахи») требует осознанности и недопустимо в контексте обсуждения вещей, порицаемых исламом.
Пресс-служба Управления мусульман Узбекистана