Согласно содержанию аятов 61 и 62 суры «Аль-Анфаль», принятие мира является предполагаемым фактом, и необоснованные предположения не должны препятствовать принятию мира.
Ходжат-уль-ислам Алиреза Гобади, социолог и религиовед, написал серию заметок об изучении места мира в Священном Коране и предоставил их IQNA, подробности которых вы можете прочитать ниже.
В первом выступлении кратко упоминалась важность мира в отношениях и социальной жизни. Во втором выступлении было дано определение мира и его синонимов в Священном Коране, а в этом выступлении упоминаются самые важные аяты о мире, а именно аяты 61 и 62 суры «Аль-Анфаль».
В прошлом выступлении упоминалось, что слово «салм» (с. м. л.) в Священном Коране является синонимом мира.
Одним из аятов, в котором слово «салм» используется в значении мира, является аят 61 суры «Аль-Анфаль». Возможно, этот аят является одним из основных аятов в области мира, поскольку контекст аятов касается войны и мира, военных договоров, нарушения договоров и тому подобного, а также содержит явное указание на общепринятое понятие мира. В аяте 61 говорится: «Если они склоняются к миру, ты тоже склоняйся к миру и уповай на Аллаха. Воистину, Он – Слышащий, Знающий». Следующий аят также отвергает некоторые опасения и тревоги как непринятие мира и говорит: «Если же они захотят обмануть тебя, то тебе достаточно Аллаха. Он поддержал тебя Своей помощью и верующими».
Эти аяты, обращенные к Пророку (с.а.с.), подчеркивают: если враг склоняется к миру и мирному подходу, то и ты склоняйся к нему и уповай на Бога, и не бойся, что за кулисами что-то происходит и застанет тебя врасплох, и ты не сможешь сопротивляться из-за отсутствия готовности, ничто не застанет Бога врасплох, и никакой план не сделает Его беспомощным, но Он поможет тебе и защитит тебя.
Как указано в аятах 61 и 62, принятие мира является предполагаемым фактом, и необоснованные предположения не должны препятствовать принятию мира.
Контекст аятов показывает, что склонность к миру в данном случае касается тех, кто также нарушил договор; несмотря на нарушение договора, аят 61 говорит, что если враг хочет мира, то и ты склоняйся к миру. Интересным и заслуживающим внимания моментом в этом аяте является использование одного и того же глагола («джанаху»/склоняться или подчиняться) как для склонности врага, так и для склонности Пророка (с.а.с.).
Пресс-служба Управления мусульман Узбекистана
Жизнь и творчество азербайджанского суфийского мыслителя XV века Сеида Яхьи Бакуви на протяжении веков привлекали внимание исследователей. Богатое художественно-философское наследие Сеида Яхьи Бакуви, видного представителя ордена Халватия, изучалось рядом ученых и исследователей в Азербайджане и Турции, передает islam.az.
Об этом в интервью АЗЕРТАДЖ сказала ведущий научный сотрудник Института литературы имени Низами Гянджеви НАНА, доктор философии по филологии, доцент Захра Аллахвердиева. Ученый отметила, что Сеид Яхья Бакуви является одним из представителей сформировавшейся и развивавшейся в городах Ширван и Баку с IX по XII века богатой литературно-философской среды, которая достигла нового этапа с появлением концепции Хальватия в XV веке.
«Сейид Яхья Бакуви, родившийся в Шамахы примерно в конце XIV века, жил в Баку с 1420 года и провел здесь большую часть своей жизни. Политическая, экономическая, литературная и философская среда Баку приобрела большую известность в XI-XII веках, во время правления Ширваншахов. Положение Баку, развивавшегося как столица Ширваншахов, отражено в исторических источниках и поэзии того периода. В XV веке литературная среда Баку сохраняла свои национально-духовные, философские ценности, величие», — подчеркнула З.Аллахвердиева.
Собеседница агентства отметила, что в произведении «Хадийятуль-ихван» Мехмета Назми Эфенди, жившего в XVII веке, сообщается, что Сеид Яхья Бакуви долгое время проповедовал в Баку идеи хальватийского тариката, воспитывал мюридов и скончался здесь. «Деятельность Сеида Яхьи Бакуви, связанная с Баку, свидетельствует о тесной связи его иршадской традиции и научно-философских встреч с интеллектуальной средой города. С этой точки зрения Баку можно рассматривать не только как место, где он жил, но и как важную культурную среду, в которой формировались его творчество и духовно-философское наследие», — добавила ученый. Она подчеркнула, что такие произведения Сеида Яхьи Бакуви, как «Шифауль-асрар» («Исцеление тайн»), «Асрарут-талибин» («Тайны ищущих»), «Маназилюль-ашикин» («Возможности влюбленных»), «Кашфуль-гулуб» («Раскрытие сердец»), «Румузуль-ишарат» («Символы знаков»), «Макаримуль-ахлаг» («Благородство нравов») и другие, являются ценными образцами азербайджанской религиозно-философской литературы. «В творчестве Сейида Яхьи Бакуви важное место занимают и художественные образцы. Особое значение в эпической традиции азербайджанской поэзии имеет его произведение «Гисейи-Мансур», посвященное Халладжу Мансуру. В нем привлекают особенности народного языка, высокие художественные средства выражения и символы», — отметила З.Аллахвердиева.
Она подчеркнула, что ярким примером является также отрывок из произведения «Гисейи-Мансур», где описывается забивание камнями Халладжа Мансура. По словам ученого, использованное в произведении выражение «йекренг» имеет символическое значение и выражает идею единства человека с Богом. Захра Аллахвердиева подчеркнула, что творческое наследие Сеида Яхьи Бакуви составляет одно из важных направлений в истории азербайджанской философской и литературной мысли: «Его труды – это богатые и ценные страницы истории нашей религиозно-философской мысли, которые еще не были полностью изучены. Более широкое изучение этого наследия может позволить глубже исследовать место Сеида Яхьи Бакуви в истории азербайджанской и восточной философской мысли в целом».
Пресс-служба Управления мусульман Узбекистана