Исламский проповедник сказал: "В Коране есть предписания, которые подобны рецепту врача, и он спас меня от болезней, которые врачи и консультанты не могли вылечить годами."
По сообщению IQNA из Исфахана, Атсуко Хосино, японская женщина, сменившая веру и имя на Фатиму Хосино, была гостем факультета коранических наук и хадисов Университета Исфахана 27 октября на научном семинаре «Путь от Атсуко к Фатиме».
На этой встрече Хосино рассказала о своей жизни и беспокойстве в поисках истины и сказала: "Я родилась в буддийской, синтоистской семье. Разнообразие верований в нашей семье таково, что через некоторое время мой дядя стал христианином, эмигрировал в Америку и учился в евангельской школе, которая похожа на семинарию, вернулся в Японию в качестве священника и пригласил меня в христианство. Я тоже, с детства будучи очень любознательным человеком, начала свои поиски, чтобы ответить на глубокие вопросы, которые у меня были".
Она добавила: "Я видела буддийские и синтоистские храмы, церкви и различные святилища, обсуждала с разными сектами; даже однажды я попала в колдовство и подверглась суровым аскезам, надеясь обрести сверхъестественную силу, чтобы найти ответы на свои вопросы; в чем смысл жизни? Почему мы родились и почему мы умираем? Где мы были до этого мира и что с нами происходит после смерти? Но я не нашла".
Выбор специальности с целью решения глобальных проблем
Она рассказала о своем поступлении на факультет международных отношений и поездке в Токио и сказала: "Я поступила на эту специальность с целью решения глобальных проблем и была очень рада; но через некоторое время позитивный образ Организации Объединенных Наций, который у меня был, рухнул. Я поняла, что они используют менее развитые страны в качестве своих подопытных кроликов".
Хосино упомянула свое первое знакомство с исламом и заявила: "В то время Интернета, как сейчас, не было, и ограниченная информация, которую я имела об исламе, была тем, что пропагандировали средства массовой информации. Они говорили, что ислам - это религия меча, и мусульмане настолько отсталые, что до сих пор передвигаются на лошадях и верблюдах. Такие события, как сожжение Корана и оскорбление Пророка Мухаммеда (с.а.с.), заставили меня задуматься, почему это масштабное разрушение не происходит в отношении других религий? Почему ислам подвергается такой атаке?"
Знакомство с Кораном
Эта исламская миссионерка, рассказала о возвращении своего исследовательского духа и добавила: «Вскоре после моих исследований я поняла, что реальность ислама отличается от того, что нам говорили. Я решила познакомиться с Кораном. Обычно в Японии такие книги не найти. Я заказала перевод Корана из Америки и изучила его. Одним из интересных моментов было положение женщин в исламе. Обычно в Японии и некоторых других регионах женщина в любом возрасте и положении считается бесполезной".
Хосино продолжила: "Я постепенно набиралась опыта и сравнивала. Я помню, когда я приехала в Америку в 17 лет, меня высмеивали и унижали из-за моего азиатского лица; даже чернокожие и белые церкви были разделены, и я нашла аят, который считал различие в цвете кожи и расе признаком величия Бога; также в Коране я столкнулась с неоднократными призывами видеть божественные знамения и проявлять мудрость. В синтоизме нет рациональных и логических дискуссий в том виде, в каком они есть в исламе".
Я нашла ответы на все вопросы в Коране
Она упомянула конец своего путешествия и объяснила: "Я поняла, что в Коране есть ответы на все вопросы, которые у меня были, он не является расплывчатым, в нем есть предписания, которые подобны рецепту врача, и он вылечил меня и спас от болезней, которые врачи и консультанты не могли вылечить годами. Я нашла своего врача".
Пресс-служба Управления мусульман Узбекистана
Жизнь и творчество азербайджанского суфийского мыслителя XV века Сеида Яхьи Бакуви на протяжении веков привлекали внимание исследователей. Богатое художественно-философское наследие Сеида Яхьи Бакуви, видного представителя ордена Халватия, изучалось рядом ученых и исследователей в Азербайджане и Турции, передает islam.az.
Об этом в интервью АЗЕРТАДЖ сказала ведущий научный сотрудник Института литературы имени Низами Гянджеви НАНА, доктор философии по филологии, доцент Захра Аллахвердиева. Ученый отметила, что Сеид Яхья Бакуви является одним из представителей сформировавшейся и развивавшейся в городах Ширван и Баку с IX по XII века богатой литературно-философской среды, которая достигла нового этапа с появлением концепции Хальватия в XV веке.
«Сейид Яхья Бакуви, родившийся в Шамахы примерно в конце XIV века, жил в Баку с 1420 года и провел здесь большую часть своей жизни. Политическая, экономическая, литературная и философская среда Баку приобрела большую известность в XI-XII веках, во время правления Ширваншахов. Положение Баку, развивавшегося как столица Ширваншахов, отражено в исторических источниках и поэзии того периода. В XV веке литературная среда Баку сохраняла свои национально-духовные, философские ценности, величие», — подчеркнула З.Аллахвердиева.
Собеседница агентства отметила, что в произведении «Хадийятуль-ихван» Мехмета Назми Эфенди, жившего в XVII веке, сообщается, что Сеид Яхья Бакуви долгое время проповедовал в Баку идеи хальватийского тариката, воспитывал мюридов и скончался здесь. «Деятельность Сеида Яхьи Бакуви, связанная с Баку, свидетельствует о тесной связи его иршадской традиции и научно-философских встреч с интеллектуальной средой города. С этой точки зрения Баку можно рассматривать не только как место, где он жил, но и как важную культурную среду, в которой формировались его творчество и духовно-философское наследие», — добавила ученый. Она подчеркнула, что такие произведения Сеида Яхьи Бакуви, как «Шифауль-асрар» («Исцеление тайн»), «Асрарут-талибин» («Тайны ищущих»), «Маназилюль-ашикин» («Возможности влюбленных»), «Кашфуль-гулуб» («Раскрытие сердец»), «Румузуль-ишарат» («Символы знаков»), «Макаримуль-ахлаг» («Благородство нравов») и другие, являются ценными образцами азербайджанской религиозно-философской литературы. «В творчестве Сейида Яхьи Бакуви важное место занимают и художественные образцы. Особое значение в эпической традиции азербайджанской поэзии имеет его произведение «Гисейи-Мансур», посвященное Халладжу Мансуру. В нем привлекают особенности народного языка, высокие художественные средства выражения и символы», — отметила З.Аллахвердиева.
Она подчеркнула, что ярким примером является также отрывок из произведения «Гисейи-Мансур», где описывается забивание камнями Халладжа Мансура. По словам ученого, использованное в произведении выражение «йекренг» имеет символическое значение и выражает идею единства человека с Богом. Захра Аллахвердиева подчеркнула, что творческое наследие Сеида Яхьи Бакуви составляет одно из важных направлений в истории азербайджанской философской и литературной мысли: «Его труды – это богатые и ценные страницы истории нашей религиозно-философской мысли, которые еще не были полностью изучены. Более широкое изучение этого наследия может позволить глубже исследовать место Сеида Яхьи Бакуви в истории азербайджанской и восточной философской мысли в целом».
Пресс-служба Управления мусульман Узбекистана