Сайт работает в тестовом режиме!
19 Сентябрь, 2026   |   8 Раби ас-сани, 1448

город Ташкент
Фаджр
04:48
Шурук
06:07
Зухр
12:17
Аср
16:37
Магриб
18:30
Иша
19:45
Bismillah
19 Сентябрь, 2026, 8 Раби ас-сани, 1448

Ахмад Фарук: Мы являемся свидетелями «золотой эры» стратегических отношений между нашими странами странами

06.02.2026   13930   8 min.
Ахмад Фарук: Мы являемся свидетелями «золотой эры» стратегических отношений между нашими странами странами

Накануне государственного визита Президента Узбекистана Шавката Мирзиёева в Пакистан посол этой страны Ахмад Фарук дал интервью информационному агентству «Дунё», в котором высказал свое мнение о значении этого визита, ожидаемых соглашениях и перспективах двусторонних отношений:

– Господин посол, стратегическое партнерство между Узбекистаном и Пакистаном укрепляется. Расскажите, в чем 2025 год стал историческим в двустороннем сотрудничестве?
- Как вы подчеркнули, пакистано-узбекские отношения стремительно развивались на протяжении многих лет, особенно в последние четыре-пять лет, и резко укрепились в позитивном направлении. Между двумя сторонами установились контакты на высшем уровне, состоялись взаимные визиты наших лидеров, увеличилось количество встреч на рабочем уровне, выросли объемы торговли, а также активизировались контакты между людьми. То есть в пакистано-узбекских отношениях наблюдается всестороннее развитие.

Что касается 2025 года, то самым важным событием стал исторический визит Премьер-министра Пакистана в Узбекистан. В ходе этого визита можно было увидеть искренние отношения и атмосферу взаимного доверия между Президентом и Премьер-министром. Этот визит предоставил возможность обсудить различные направления двустороннего сотрудничества, расширить и укрепить взаимодействие в таких областях, как торговля, коммерция, инвестиции, контакты между людьми и туризм. Лидеры поставили перед собой ряд конкретных целей. Одна из важнейших целей – увеличение объема взаимной торговли до 2 миллиардов долларов в ближайшие годы.

После визита пакистанская и узбекская стороны разработали совместный план действий – «Дорожную карту» – для реализации соглашений лидеров. Этот пакет документов состоит примерно из 10-12 соглашений, и были определены механизмы их выполнения.

«Дорожная карта» позволяет нам достигать конкретных и практических результатов. Мы последовательно реализуем план, состоящий из 40 пунктов в каждой области. С этой целью были совершены многочисленные визиты на высоком уровне в Пакистан и Узбекистан, а также ведется активная работа по вопросам сотрудничества.

В результате объем взаимной торговли достиг почти 450 миллионов долларов. Хотя еще несколько лет назад эта цифра составляла менее 100 миллионов долларов. Это наглядно демонстрирует, насколько быстрыми были темпы роста. Нам еще предстоит пройти долгий путь, но достигнутые результаты весьма показательны.

Значительно увеличились контакты между людьми. В феврале 2024 года был запущен первый авиарейс, а к ноябрю количество рейсов увеличилось с одного до двух. Сейчас выполняется четыре рейса в неделю. В будущем планируется запуск двух-трех новых маршрутов.

В рамках развития региональных транспортных связей Пакистан, Узбекистан и Афганистан подписали соглашение о проведении технико-экономических обоснований Трансафганской железной дороги.

Это лишь несколько примеров. Главное, что я хочу подчеркнуть, это то, что 2025 год был очень продуктивным. Он принес даже лучшие результаты, чем предыдущий. Мы надеемся, с Божьей помощью, что 2026 год будет еще более плодотворным и успешным.

— Какую роль играет сотрудничество в культурно-гуманитарной сфере и в области туризма в дальнейшем укреплении взаимной близости между нашими народами?
– Как известно, Пакистан и Узбекистан связаны глубокими историческими узами. Например, суфийские ученые Самарканда, в частности представители ордена Накшбандия, традиции «золотой линии» («Силсилаи Накшбандия»), а также такие ученые, как Имам Бухари, Имам Термизи, Абу Райхан Беруни, Мухаммад аль-Хорезми, Ибн Сина, принадлежат к нашему общему научно-культурному наследию. Конечно, стоит упомянуть и имя Захириддина Мухаммада Бабура. Таким образом, народы Пакистана и Узбекистана объединены очень глубокими историческими и культурными связями.
 

Когда мы говорим о восстановлении культурных связей, мы говорим не о создании чего-то нового, а о возрождении уз, сформировавшихся на протяжении веков. Например, в урду и узбекском языке около 4-5 тысяч общих слов. Также много сходств в семейных ценностях, национальной кухне и образе жизни. При таком обилии общего неудивительно, что существуют огромные возможности для туризма и обмена между народами.

Например, в Узбекистане с точки зрения паломнического туризма большой интерес представляют города Самарканд и Бухара. Аналогично, Пакистан также обладает богатым историческим наследием. Эта история начинается с поселения Мехргарх около 7 тысяч лет назад и включает в себя цивилизацию Мохенджо-Даро, буддийские монастыри, такие как Тахт-и-Бахи, и множество других исторических памятников. Поэтому Пакистан обладает огромным потенциалом в области религиозного, исторического и геологического туризма. Таким образом, обе страны имеют богатое наследие и возможности для взаимного обмена.

Простой пример: как я уже упоминал, количество маршрутов, начавшихся с одного рейса в 2024 году, теперь выросло до четырех. Даже найти билеты на эти рейсы непросто — это показывает, насколько высок спрос. Таким образом, достигнутые результаты важны, но еще многое предстоит сделать.
Во время визита Премьер-министра Пакистана в Узбекистан в прошлом году стороны также обсудили расширение контактов между людьми, создание совместных документальных фильмов, а позже и съемок театральных постановок и телесериалов, а также развитие программ сотрудничества и обмена между молодежью. На этом направлении еще предстоит проделать большую работу.

– Господин посол, вы недавно посетили Центр исламской цивилизации, построенный в Ташкенте и призванный стать великим научным и духовным сокровищем нашего региона. Как известно, Узбекистан и Пакистан связаны общими исламскими ценностями, научным наследием наших великих ученых и многовековыми культурными узами. Какое впечатление произвел на вас этот визит?

– Прежде всего, я хотел бы подчеркнуть, что правительство Узбекистана проделало огромную и похвальную работу. То, что мы видим в Центре исламской цивилизации, – это общее наследие не только одной страны, но и всего мусульманского мира.

Наследие великих ученых, о которых я упоминал, сохранение древних рукописей – все это бесценное богатство, принадлежащее всем нам. Рукописи Корана и другие редкие источники также являются неотъемлемой частью этого общего наследия. При этом тот факт, что в центре хранится и Мусхаф Корана Усмана, еще больше усиливает историческое и духовное значение этого места.

Все это можно назвать общим культурным наследием не только для мусульман, но и для всего человечества. Лично я, как мусульманин, чувствую глубокую связь с этим наследием и считаю себя его частью.

Ключевой особенностью, заслуживающей внимания, является то, что Узбекистану удалось объединить новейшие технологии, современный дизайн и методы презентации с сохранением и демонстрацией исторического наследия в этом центре. В результате история возродилась с современным подходом. Это особенно важно для молодого поколения — они приезжают сюда и не только видят историю, но и чувствуют её, понимают и ценят. Даже люди старшего поколения, такие как мы, могут понять её ещё глубже.
Эта инициатива — поистине очень важный и далеко идущий проект, сочетающий историю и современность.


Пресс-служба Управления мусульман Узбекистана

Другие посты
Статьи

«Набиванша» Сайида Султана: Как индийские боги стали мусульманскими пророками

17.09.2026   7025   6 min.
«Набиванша» Сайида Султана: Как индийские боги стали мусульманскими пророками

История распространения ислама в Бенгалии (современные Бангладеш и индийский штат Западная Бенгалия) является одним из самых удивительных примеров культурного диалога в истории мусульманской цивилизации, передает Исламосфера.  Оказавшись в конце XVI века в окружении традиций индуизма и буддизма, бенгальские суфии столкнулись с вызовом: как объяснить суть ислама местному немусульманскому населению, не знающему арабского языка и мыслящему совершенно иными категориями?

Ответом на этот вызов стал эпос «Набиванша» («Родословная Пророка»), созданный на рубеже XVI–XVII веков суфийским наставником (пиром) и поэтом Сайидом Султаном в жанре «Истории пророков» (Кисас аль-Анбия). Это грандиозное произведение из 17 396 куплетов заложило фундамент уникального феномена, который исследователи называют «бенгальским исламом».

Лингвистический прорыв

К XVI веку мусульманское присутствие в Бенгалии насчитывало уже около четырех столетий, однако исламская теология и история оставались уделом элиты, поскольку их языками являлись исключительно арабский и персидский. Духовенство (маулави) считало народный бенгальский язык «нечистым» и непригодным для передачи религиозных истин. Сайид Султан, предположительно уроженец Читтагонга, был не согласен с этим. В предисловии к «Набиванше» он писал:

«По воле рока бенгальцы родились в Бенгалии, но они не понимают арабской речи… Но с каким бы языком Господь ни создал человека, этот язык — его бесценное сокровище».

«Набиванша» стала одним из первых масштабных текстов, зафиксировавших исламскую космологию и священную историю на бенгальском языке.

Культурный синтез

Хотя Сайид Султан создал первую полноценную исламскую космологию и священную историю на народном бенгальском языке, уникальность «Набиванши» определяется не только этим. Опираясь на концепцию Нур-и Мухаммад (Предвечного Света Пророка), разработанную суфийскими мыслителями от ат-Тустари до Ибн Араби в рамках учения вахдат аль-вуджуд (Единства бытия), автор переработал ее в русле понятий, близких бенгальским индуистам-вайшнавам. Для обозначения Единого Бога Сайид Султан использовал привычный местному населению термин Ниранджана (Чистый, Безвинный), а также ввел концепцию амса (божественной эманации). Согласно ей, изначальный свет Мухаммада был сотворен Всевышним из Его собственного Я (Амса). Согласно суфиям, этот свет предваряет создание вселенной и последовательно передается от Адама через всю цепочку пророков к Мухаммаду (мир ему).

Переосмысление пророков

В Южной Азии интеграция индуистского пантеона в мусульманскую картину мира была развитым литературным феноменом. Сайид Султан действовал в рамках этой традиции, но пошел еще дальше. Он не просто заимствовал метафоры, а полностью переписал священную историю Индии в рамках исламских понятий, включив в цепь исламских пророков (пайгамбар) не только тех, кто упомянут в Коране, но и ключевые фигуры индуистского пантеона — Брахму, Вишну, Шиву, Раму и Кришну.

В Коране сообщается, что на земле не было ни одного народа, к которому Аллах не направлял бы пророков, а согласно хадисам, общее число таких посланников за всю историю человечества достигало 124 тысяч или 224 тысяч. Исходя из этого, Сайид Султан видел Раму и Кришну пророками Единого Бога (Ниранджаны), направленными к народам древней Индии. Однако со временем индийцы обожествили их, перепутав Творца и Его творение, что привело к появлению многобожия. Сайид Султан делал вывод: поскольку Мухаммад является «Печатью пророков», вобравшим в себя весь Предвечный Свет, индуистам не нужно предавать свою историю — им нужно просто «вернуться» к финальному, очищенному источнику веры, то есть к исламу.

Целенаправленный проект исламского призыва

Объясняя свой мотив в тексте, Сайид Султан пишет, что наблюдал, как бенгальцы, принявшие ислам, продолжают читать индуистские эпосы, такие как «Махабхарата» и «Рамаяна», потому что у них не было аналогичных масштабных, увлекательных и понятных историй на родном языке. Поэтому вместо того чтобы просто запретить им читать индуистские тексты, он решил дать им альтернативу аналогичного масштаба, но переписанную с исламских позиций. Сайид Султан понимал, что для бенгальца образ Кришны — это понятный символ духовности, и через него легче объяснить концепцию пророчества, чем через неизвестных местным жителям древних пророков Ближнего Востока.

Таким образом, «Набиванша» — это не адаптация исламского жанра «Истории пророков» и не перевод в строгом смысле. Это оригинальное произведение, созданное автором с четкой целью: укоренить ислам на бенгальской земле, используя местную мифологию.

Оценка традиционных ученых

Традиционное исламское духовенство (улемы) Южной Азии исторически относилось и относится к «Набиванше» с осторожностью.

С одной стороны, ряд течений, таких как Деобанди или Ахль-и Хадис, усматривает в тексте серьезные догматические нарушения. Утверждения о том, что Мухаммад (мир ему) сотворен «из части Бога» (Амса), с точки зрения ортодоксального суннизма балансируют на грани нарушения таухида (строгого единобожия), стирая грань между Создателем и созданием. Также критикуется легитимизация имен индуистских божеств в качестве пророков, что считается недопустимым новшеством (бид’а).

С другой стороны, суфийские авторитеты защищают эпос, указывая, что речь идет о мистических аллегориях. Но даже строгие критики признают колоссальную практическую пользу «Набиванши» для даваата (исламского призыва): этот эпос позволил миллионам бенгальцев принять ислам, сохранив преемственность своей языковой и культурной идентичности.

Заключение

Эпос «Набиванша» способствовал становлению бенгальской мусульманской литературной традиции в средневековый период. Это произведение уникально тем, что представляет собой не просто синкретический текст, а первую масштабную попытку полной исламизации бенгальской культуры через её собственный язык и мифологию. А для современных исследователей оно служит ярким напоминанием о том, какими гибкими, глубокими и инклюзивными могут быть методы мусульманской проповеди на стыке цивилизаций.

Пресс-служба Управления мусульман Узбекистана

Новости мира