Священный месяц Рамадан в сознании мусульманской уммы остается не только временем поста и молитвы, но и эпохой великих исторических свершений. В истории ислама запечатлены многие судьбоносные события, пришедшиеся на этот благословенный месяц: от победы при Бадре и освобождения Мекки до триумфа при Кадисии и разгрома монгольских войск в битве при Айн-Джалуте. Однако история Андалусии, утраченного рая исламского Запада, занимает в этом ряду особое место. Начало ей положила скромная военная экспедиция, отправившаяся в путь в первый день Рамадана 91 года по хиджре (июль 710 года), передает «Аль-Джазира».
После того как мусульмане под предводительством Мусы ибн Нусайра утвердились в Северной Африке, их взоры обратились к землям по ту сторону Средиземного моря. Пиренейский полуостров в те времена переживал глубокий кризис под властью вестготского короля Родерика, известного в арабской традиции как Лузурик или Лазриг. Его правление было отмечено непомерными налогами и притеснением местного населения.
Переломный момент наступил благодаря инициативе правителя Сеуты по имени Юлиан. Движимый личной враждой к королю, он предложил Мусе ибн Нусайру организовать переправу войск, вызвавшись стать проводником. Несмотря на благоприятные обстоятельства, осторожный полководец не решился на масштабную операцию без согласия халифа. Он написал дамасскому правителю аль-Валиду ибн Абд аль-Малику, испрашивая дозволения. Ответ халифа был осмотрительным: он велел начать с разведывательных рейдов, испытать море и не подвергать мусульман неоправданному риску.
Во исполнение этого предписания Муса ибн Нусайр снарядил небольшой отряд численностью в пятьсот воинов, среди которых было сто всадников и четыреста пехотинцев. Командование он доверил берберу Тарифу ибн Малику, известному своей верой и отвагой. В месяц Рамадан 91 года хиджры (июль 710 года) этот отряд переправился через пролив на четырех судах, предоставленных Юлианом.
Высадившись на небольшом островке у южного побережья Пиренейского полуострова, носившем название Палома, воины Тарифа встретили незначительное сопротивление. Местность эта впоследствии навсегда связалась с именем предводителя, став называться островом Тариф, а впоследствии дав имя городу Тарифа, сохранившему его до наших дней. Задачи, стоявшие перед отрядом, не ограничивались простым наблюдением. Воины совершали успешные вылазки на побережье, в том числе на Алхесирас, не встречая организованного отпора, что красноречиво свидетельствовало о слабости оборонительных рубежей королевства вестготов.
Главным итогом экспедиции стал собранный разведывательный материал. Тариф ибн Малик доставил командованию подробные сведения о географии, расположении вражеских сил и, что не менее важно, о недовольстве местных жителей правлением Родерика. Кроме того, отряд вернулся с богатой добычей и пленными, что подтвердило как уязвимость побережья, так и изобилие здешних земель. Этот доклад стал тем недостающим звеном, которое убедило Мусу ибн Нусайра в возможности продолжения военной кампании.
Ровно через год после памятного рейда, в 92 году хиджры (711 год), через пролив переправилась основная армия под командованием Тарика ибн Зияда, действовавшая уже на основе детальной карты, составленной его предшественником. Сам Тариф ибн Малик не остался в стороне от великих событий. Источники сообщают, что он вернулся на полуостров в составе подкрепления из пяти тысяч воинов, направленного Мусой ибн Нусайром на помощь Тарику накануне решающей битвы на берегах реки Гвадалете. В том сражении Тариф прикрывал тылы мусульманского войска, внеся свой вклад в победу, открывшую путь к утверждению исламской цивилизации на Пиренейском полуострове на долгие восемь столетий.
Пресс-служба Управления мусульман Узбекистана
Индостан — уникальный регион, обладающий, возможно, самыми грандиозными и монументальными заброшенными столицами в истории человечества. Нигде в мире монархи не возводили столь масштабные исламские мегаполисы, которые затем за короткий исторический период превращались в города-призраки, передает Исламосфера.
Фатехпур-Сикри: четырнадцать лет величия
Фатехпур-Сикри («Город победы») был заложен в 1571 году императором Акбаром I на месте обители суфийского шейха Салима Чишти, который предсказал правителю рождение долгожданного наследника. Грандиозный город из красного песчаника совместил в себе исламские, персидские и индуистские архитектурные традиции, но пробыл столицей всего 14 лет. Он был построен на скалистом хребте, и местная гидросистема, завязанная на искусственное озеро, не выдержала потребностей огромного императорского двора. Вода иссякла. В 1585 году Акбар был вынужден перенести столицу в Лахор из-за военных кампаний, а оставшийся без надежного водоснабжения город стремительно опустел.
Манду: шедевр мусульманской гидроинженерии
Расположенный в штате Мадхья-Прадеш город-крепость Манду в XV–XVI веках являлся процветающей столицей Малавского султаната. Город был возведен на высоком плато, где полностью отсутствовали грунтовые воды. Чтобы выжить, мусульманские правители создали уникальную систему сбора дождевой воды: около 1200 взаимосвязанных каналов, цистерн и открытых водоемов. Знаменитый дворец Джахаз-Махал («Дворец-корабль») был построен между двух огромных искусственных озер и казался плывущим по воде. Город погиб в XVI веке, когда его захватили Великие Моголы и административный центр был перенесен в город Дхар.
Гауда: жертва эпидемии и блуждающей реки
Древний город Гауда (Гур) веками служил важнейшим экономическим и политическим центром, а в XIV–XVI веках являлся столицей независимого Бенгальского султаната. Это был один из самых густонаселенных мегаполисов средневековой Азии. Причиной его упадка стало двойное стихийное бедствие. В 1575 году мощная волна чумы (или неизвестной лихорадки) практически полностью выкосила население города и могольский гарнизон. Одновременно с этим река Ганг резко изменила свое русло, отойдя от городских стен на несколько километров. Гауда в один миг лишилась и главного торгового пути, и источников чистой питьевой воды. Джунгли Бенгалии поглотили руины за несколько десятилетий.
Багерхат: суфийский форпост на краю болот
Город мечетей Багерхат (на территории современного Бангладеш) возник в XV веке среди мангровых лесов Сундарбана. Его основал легендарный суфийский святой, полководец и наместник султаната Хан Джахан Али. Среди глухих болот вырос процветающий город с десятками мечетей. Чтобы защитить жителей от соленой морской воды, были вырыты огромные пресноводные резервуары (пожи). После смерти Хана Джахана Али в 1459 году централизованное управление ослабло. Наступление мангровых джунглей, тяжелый влажный климат дельты Ганга и регулярные циклоны привели к тому, что город потерял статус регионального центра и в конце концов был покинут.
От джунглей к наследию: как природа поглощала столицы, и чем они стали сегодня
Века заброшенные столицы стояли заброшенными. Фатехпур-Сикри утонул в пыли и песке, руины Гауды и Багерхата за считанные десятилетия исчезли под покровом джунглей. На плато Манду горные леса поглотили чаши древних гидросистем, превратив их в зеленые заросли. Очищать эти города начали в XIX–XX веках, в некоторых случаях археологам приходилось буквально отвоевывать каждый метр каменной кладки.
Сегодня эти древние города функционируют как уникальные памятники под открытым небом. Фатехпур-Сикри и Багерхат признаны объектами Всемирного наследия ЮНЕСКО. При этом они не превратились в безжизненные музейные экспозиции: например, в Багерхате и Фатехпур-Сикри некоторые мечети до сих пор остаются действующими, сюда приходят молиться верующие. В Манду и Багерхате открыты специализированные археологические музеи, где хранятся спасенные из земли артефакты, а полуразрушенная Гауда, разделенная границей Индии и Бангладеш, стоит прямо посреди крестьянских манговых садов и полей, напоминая о преходящем характере земной славы правителей.
Пресс-служба Управления мусульман Узбекистана