Турецкая газета «Янги Коня»: Амир Темур был хафизом Корана
В турецкой газете «Янги Коня» опубликована статья турецкого ученого Кемаля Явуза Атамана под заголовком «Амир Темур и его наследие», сообщает ИА «Дунё».
В ней отмечается, что государства и лидеры, оказавшие влияние на мир, географию и историю, всегда обладали собственной стратегией, включавшей сильную волю, твёрдые намерения, разум, способность к планированию и чёткое понимание целей и задач. Автор подчеркивает, что, изучая жизнь и деятельность Амир Темур, можно увидеть, что на каждом этапе он действовал на основе продуманной стратегии и благодаря этому достигал поставленных целей.
"Амир Темур был не только гениальным полководцем, но и государственным деятелем с глубоким видением в вопросах управления обществом и построения цивилизации. Он осуществил масштабные преобразования, опираясь на науку и просвещение, возвёл города и сооружения, которые на протяжении веков сохраняли своё величие, освободил страну от последствий монгольского нашествия, внутренней розни и беспорядков, заложив основы сильного государства", - говорится в материале.
Автор обращает внимание на то, что семейная среда, образование, эпоха, проводимая политика, принятые на себя обязательства и рискованные решения сыграли ключевую роль в формировании его как решительной личности, способной принимать судьбоносные решения.
В статье также перечисляются факторы, сделавшие его сильным лидером. Подчёркивается, что в юности он получил серьёзное религиозное образование, знал Коран и, по мнению ряда исследователей, был хафизом. Отмечается, что он с ранних лет занимался верховой ездой и стрельбой из лука, став искусным воином. Автор указывает на его ум, мудрость, аналитическое мышление, уважение к знаниям и совету, приверженность военным традициям, а также тесную связь с суфийскими наставниками.
Автор сообщает, что во время походов в Хорасан и Багдад полководец посещал святыни, связанные с именами Имама Хусейна, Имама Абу Ханифы и Ахмада Руфаи, демонстрируя уважение к Ахль аль-Байт. В материале также говорится, что по преданию он распорядился благоустроить место захоронения Ходжи Ахмада Ясави, возведя ханаку и мавзолей, прислушивался к советам своего наставника Амир Саида Бараки и уделял большое внимание строительству и благоустройству. Отмечается, что при нём были построены или отреставрированы такие объекты, как комплекс Шахи-Зинда в Самарканде, мавзолей Занги-Ата в Ташкенте, мавзолеи Сайфиддина Бохарзи и Чашмаи Аюб в Бухаре.
В статье особо отмечается его развитое чувство справедливости. Автор указывает, что он принимал решения, руководствуясь принципами истины и правды, не терпел лжи, а на его печати была начертана фраза «Рости-русти» - «Будь правдив - и обретёшь спасение».
В завершение материала подчёркивается, что в период его правления активно велось строительство зданий, мостов и каналов, развивались ремёсла и текстильное производство, процветали науки - богословие, хадисоведение, фикх и история. Автор делает вывод, что в Мавераннахре Амиру Темуру удалось объединить различные этнические, религиозные и культурные элементы, создав общество с общими ценностями и устойчивой государственной системой.
Пресс-служба Управления мусульман Узбекистана
Спорные попытки «локализации» турецкого перевода Корана
Али Реза Сафа, турецкий переводчик Корана, в своей работе стремится максимально заменить традиционную терминологию арабскими эквивалентами на турецкие аналоги. Это вызвало протесты со стороны ряда ученых-богословов страны.
Как сообщает IQNA, в период Османского халифата процесс перевода Корана на турецкий язык столкнулся с застоем из-за религиозных фетв и законодательных запретов на перевод священного текста. Однако после распада халифата этот процесс начал стремительно развиваться.
За последние сто лет в Турции было опубликовано более 150 переводов Корана на турецкий язык. В связи с этим маловероятно, что новые работы могут содержать нечто принципиально новое. Тем не менее, ежегодно появляются новые переводы: как подробные издания с научными комментариями, подготовленные группами академиков, так и частные интерпретации текста.
Жалобы турецких ученых на «искажающий» перевод Корана
Одним из относительно недавних примеров является перевод под названием «Kur’an Gerçek» («Истинный Коран»), автором которого является Али Реза Сафа (Ali Rıza Safa).
Впервые опубликованный в 2014 году издательством İlker в Стамбуле, этот труд подвергся резкой критике. С тех пор вышло несколько изданий: одно — с подробным введением и комментариями (2014 и 2018 гг.), другое — только с самим текстом перевода (в различных редакциях, последняя из которых датируется 2021 годом). Все издания выпущены одним и тем же издателем, а название последних версий было изменено на «Kur’an-i Kerim Gerçek» («Истинный Священный Коран»).
Новые редакции также претерпели некоторые изменения в самом тексте. В 2016 году первый выпуск в городе Кайсери вызвал скандал. Группа местных мусульманских ученых подала жалобу в региональные власти, утверждая, что данное издание содержит искажения священного текста, и потребовала прекратить его распространение. Тем не менее, это не привело к юридическим последствиям для автора или запрету на распространение перевода. Однако возникает вопрос: что именно в этом переводе вызывает столько споров?
Во-первых, практически нет информации об академическом бэкграунде Али Резы Сафы. Он также публиковал книги на религиозные темы, например, «Истинная религия в свете истины» (Стамбул, 2021). Судя по всему, он не имеет связей с официальными научными кругами и институтами исламского богословия Турции. В Турции принято, что религиозные труды публикуют преимущественно выпускники факультетов теологии (Ilahiyat).
В изданиях отсутствует информация об авторе, однако на обложке содержится политически окрашенное утверждение: «Если бы не Мустафа Кемаль Ататюрк, турецкий народ не смог бы читать Коран на турецком языке». В предисловии к версии 2021 года имя Ататюрка упоминается дважды: сначала в посвящении великому деятелю истории Турции, а затем в тезисе автора о том, что именно Ататюрк сделал Коран доступным для чтения на турецком языке после «тысячелетнего запрета».
Это высказывание вызывает ряд вопросов. Безусловно, Ататюрк оказал влияние на процесс, так как современное понимание перевода Корана как самостоятельного текста (а не просто комментария) сформировалось именно в период национальных реформ Республики. Однако многие традиционные мусульманские ученые Турции связывают политику кемализма с секуляризацией и часто рассматривают попытки «тюркизации» ислама, предпринятые в ту эпоху, как нечто спорное, граничащее с ересью.
Перевод: духовный эквивалент или «деарабизация» Корана?
Если проанализировать лексику перевода, можно заметить признаки «секулярного кемализма». В то время как большинство современных турецких переводчиков используют термины, заимствованные из арабского (которые уже стали частью турецкого религиозного языка), Сафа стремится к их полной замене.
Например, при переводе первой суры Аль-Фатиха большинство переводчиков пишут: *«Hamd, âlemlerin Rabbi Allah’adır»* (Хвала Аллаху, Господу миров), сохраняя слово «Rab» (Господь). В то же время Сафа использует конструкцию «Evrenlerin Efendisi Allah’a övgüler olsun»* («Хвала да будет Аллаху, Владыке вселенных»). Здесь ключевым отличием является использование слова «Efendi» (Владыка/Господин) вместо традиционного для исламского контекста «Rab», что является попыткой полностью перестроить религиозный язык на светские турецкие рельсы.
Вместо этого Али Реза Сафа выбирает формулировку «Evrenlerin Efendisi Allah’a övgüler olsun». Здесь стоит отметить его необычный выбор для перевода слова «Rab» (Господь). В то время как почти все турецкие переводчики используют само слово «Rab» (которое также присутствует в турецком языке), Сафа выбирает слово «Efendi», которое носит более светский и обыденный оттенок обращения к уважаемому лицу.
Похожий путь ранее прокладывал Эдип Юксель (Edip Yüksel) — одна из неоднозначных фигур «реформистского ислама». Судя по всему, Али Реза Сафа в своей критике традиционализма следует по стопам Юкселя. В издании 2018 года, комментируя 79-й аят суры «Аль-Бакара», он отвергает концепцию «хадиса кудси» в мусульманской традиции, утверждая, что единственным откровением, полученным Пророком от Бога, является сам Коран.
В переводе религиозной терминологии автор продолжает придерживаться стратегии «локализации».
Например, в переводе 144-го аята суры «Аль-Бакара» он заменяет термин «Аль-Масджид аль-Харам» на «Kutsal yakarış evi» («Священный дом молитвы»).
Похоже, что для Али Резы Сафы эта «туркизация» текста — не только лингвистический вопрос, но и вопрос религиозной практики. В предисловии к изданию 2018 года он открыто высказывает мнение, что во время обязательных молитв (намазов) Коран следует читать на турецком языке, поскольку считает, что понимание смысла слов может «углубить духовность молитвы».
Таким образом, как отмечается в исследовании Байрама Кёсеоглу (Bayram Köseoğlu), опубликованном в 2021 году под названием «Являются ли переводы Корана тем же самым Кораном?», Сафа рассматривает перевод как «духовный эквивалент» арабского оригинала. Это объясняет и скандал, разразившийся вокруг его книги на книжной ярмарке в Кайсери в 2016 году.
Благодаря стратегии намеренной «деарабизации», данный перевод, безусловно, будет вызывать споры в традиционных религиозных кругах. Именно поэтому «Kur’an Gerçek» остается маргинальным трудом, хотя он представляет интерес как объект для изучения сложных процессов взаимодействия секуляризма и традиционализма в современной Турции.
Пресс-служба Управления мусульман Узбекистана