Итоги QIAS 2026: исламское наследственное право оказалось сложным вызовом для ИИ
В мае 2026 года на конференции LREC в Пальма-де-Майорке были подведены итоги международного соревнования QIAS 2026, посвящённого оценке способности искусственного интеллекта решать задачи исламского наследственного права. Участие в нём приняли 16 команд из разных стран, а результаты показали, что даже самые современные языковые модели испытывают серьёзные трудности с этой областью.
Наследственное право в исламе — одна из самых сложных и детально разработанных областей шариата. Ещё в VII веке Коран установил чёткие правила распределения имущества умершего, закрепив доли за определёнными категориями родственников: супругами, детьми, родителями. Однако с течением времени эти правила обрастали дополнительными уровнями сложности: появились механизмы пропорционального уменьшения долей ('awl) при нехватке имущества, возврат остатка (radd), а также сложные правила блокировки (hajb), когда одни наследники полностью исключают других из числа получателей. Для человека, не имеющего специального образования, разобраться в этом практически невозможно, а ошибка в расчётах может привести к многолетним судебным тяжбам и разрушению семейных отношений.
По данным IslamNews, именно эту задачу и поставили перед искусственным интеллектом организаторы соревнования QIAS 2026. В отличие от типичных тестов на знание фактов, здесь требовалось не просто дать правильный ответ, а провести полный, многоступенчатый расчёт «от и до» — от выявления наследников по описанию на естественном языке до назначения каждому из них точной доли. Даже небольшая ошибка на любом из этапов делала результат недействительным. Для проверки систем организаторы использовали бенчмарк MAWARITH (от арабского «маварис» — наследство), содержащий 12 500 реальных и учебных примеров наследственных дел на арабском языке, а оценивание проводилось по специально разработанной многоступенчатой метрике MIR-E, которая позволяла увидеть, на каком именно этапе модель ошибается. Это важно не только с академической, но и с практической точки зрения — умные системы в будущем могли бы помочь судьям, адвокатам и простым мусульманам проверять расчёты наследства, но пока до этого далеко.
Участники использовали совершенно разные подходы: одни полагались на сложные текстовые подсказки (промпты), другие подключали внешние базы знаний через механизм дополненного поиска (RAG), третьи дообучали модели на юридических текстах. Победителем стала команда CVPD, использовавшая гибридную систему с RAG и добившаяся результата 0.935 по метрике MIR-E. Второе место заняла команда Simplicity с двухэтапным нейро-символическим пайплайном (0.931), а третье — команда KMS с продвинутыми методами промптинга (0.916).
Однако главный вывод соревнования, пожалуй, не в том, кто победил, а в том, насколько сложной оказалась задача для всех участников. Даже лучшие модели ошибались на этапах, требующих точной юридической интерпретации — например, когда нужно было определить, является ли конкретный родственник наследником или его исключает более близкий родственник. Кроме того, выявился значительный разрыв между коммерческими моделями (Gemini, GPT) и открытыми (Qwen, LLaMA, Fanar): коммерческие системы показали гораздо более высокую стабильность при соблюдении правил и выполнении последовательных рассуждений. Тем не менее, есть и обнадёживающий результат: команда QU-NLP (Катарский университет) продемонстрировала, что даже небольшие открытые модели можно доработать до уровня, сопоставимого с коммерческими системами, путём многоэтапной тонкой настройки на специфических юридических данных.
Актуальность этого соревнования выходит далеко за пределы чисто технической задачи. Во-первых, в исламских странах наследственные дела составляют значительную часть судебной нагрузки, и любая технология, способная помочь в их решении, имеет огромное социальное значение. Во-вторых, это пример того, как искусственный интеллект может работать в областях, где сочетаются строгая логика (математические расчёты долей), правовые нормы и культурно-религиозные контексты. Наконец , это важный тест для самих языковых моделей: если они не справляются с такой структурированной задачей, значит ли это, что их «рассуждения» по-прежнему поверхностны и не достигают уровня, необходимого для принятия серьёзных решений в реальной жизни? Ответ на этот вопрос QIAS 2026, к сожалению, дать пока не смогло — но оно показало, куда нужно двигаться дальше.
Пресс-служба Управления мусульман Узбекистана
Ильм аль-аскаль: средневековая исламская наука о тяжестях и законах равновесия
В массовом сознании история физики часто выглядит как прямой мост от античной Греции к европейскому Возрождению. При этом эпохе Золотого века ислама нередко отводят лишь роль «хранителя и переводчика» древних текстов. Однако именно мусульманские ученые совершили глубокую реорганизацию античного наследия. Одним из ярких примеров такой работы стало оформление теоретической дисциплины под названием ‘ильм аль-аскаль — буквально «наука о тяжестях», передает Исламосфера.
Разделение механики: теория и практика
В эпоху Золотого века ислама высокого развития достигла механика, однако в средневековой мусульманской классификации наук она не рассматривалась как единая прикладная дисциплина. Ученые четко разделяли ее на два независимых, но взаимодополняющих направления: «науку об искусных приемах» (‘ильм аль-хийаль), под которой подразумевали прикладную или инженерную механику, включающую создание автоматов, водяных часов, сифонов и военных машин, и «науку о тяжестях» (‘ильм аль-аскаль), представлявшую собой теоретическую статику и динамику. Последняя изучала общие законы равновесия, понятие веса и движение тел под действием силы тяжести. Знаменитый мыслитель аль-Фараби (X век) в своем фундаментальном трактате «О классификации наук» выделил «науку о тяжестях» в отдельный важнейший раздел математических и физических знаний, и позже это разделение поддерживали другие ученые, включая выдающегося философа Ибн Баджу (XII век).
Предмет изучения: на стыке геометрии и динамики
Согласно трудам аль-Фараби и его последователей, ‘ильм аль-аскаль исследовала две ключевые проблемы. Первая – это теория взвешивания и равновесия, включающая математический анализ тяжестей, принципы работы равноплечих весов и неравноплечих безменов. А вторая – теория движения под действием тяжести, т.е. исследование того, как движутся тяжелые тела, какие силы приводят их в движение и по каким законам работают механизмы, поднимающие грузы.
Античная физика (в частности, труды Архимеда) рассматривала статику изолированно — как чисто геометрическую задачу о центрах тяжести в состоянии покоя. Мусульманские же ученые сделали важный шаг: они объединили геометрию Архимеда с подходом Аристотеля. Они начали исследовать условия равновесия через призму движения и действующих сил. Это заложило прочный фундамент для будущей классической механики Нового времени.
Главные новаторы и их труды
В развитии «науки о тяжестях» выделяются три ключевые фигуры. Выдающийся математик IX века Сабит ибн Курра написал «Трактат о карастуне» (неравноплечих весах-безменах), в котором математически вывел закон рычага и дал теоретическое обоснование работе весов с подвижной гирей. В XI–XII веках математик и астроном аль-Асфизари обобщил наследие предшественников и внес значительный вклад в систематизацию теории весов и механизмов для поднятия тяжестей. Вершиной же средневековой гидростатики и механики стал колоссальный труд ученого XII века из Мерва аль-Хазини «Книга весов мудрости». Он внес фундаментальный вклад в понимание природы веса: основываясь на геоцентрической картине мира, ученый говорил о «центре Вселенной» (в современных формулировках — геометрический центр земного шара), к которому устремляются все тяжелые предметы. Аль-Хазини первым в истории физики выдвинул гипотезу, что вес тела не является постоянной величиной, а меняется в зависимости от его удаления от этого центра, а также привел в трактате сложнейшие таблицы плотности металлов и спроектировал «весы мудрости» — прибор высокой точности для определения чистоты сплавов.
Наследие ‘ильм аль-аскаль
Главная заслуга ‘ильм аль-аскаль заключается в том, что она отделила теоретические проблемы равновесия от задач прикладной механики, и сделала статику самостоятельным разделом физики, а не просто дополнением к геометрии.
Сочетание геометрических доказательств с эмпирическими опытами превратило саму ‘ильм аль-аскаль из набора практических правил в строгую академическую дисциплину. Более того, эти наработки сформировали фундамент для европейской науки: доказано, что именно арабские тексты по ‘ильм аль-аскаль, переведенные на латынь, легли в основу средневековой европейской науки о весах (scientia de ponderibus), которую в XIII веке развивал математик Иордан Неморарий. Опыт мусульманских физиков демонстрирует, что исламская научная традиция обладала мощнейшей теоретической школой, которая во многом предопределила контуры современной физической науки.
Пресс-служба Управления мусульман Узбекистана
