В исламской культуре сновидения всегда считались чем-то большим, чем просто игрой воображения, превратившись в предмет серьезного изучения. Это способствовало появлению табир-наме – самобытного литературного жанра, посвященного искусству толкования снов.
Название «табир-наме» объединяет в себе арабские и персидские корни: первая часть слова, «табир», переводится как «толкование», а вторая, «наме», означает «книга» или «послание». Буквальное значение арабского корня слова «табир» — «переход с одного берега на другой», что в контексте сновидений символизирует мост между миром образов и их скрытым смыслом в реальности. В исламской интеллектуальной традиции эти труды были известны под самыми разными названиями: их именовали «руйа-наме» (книга видений), «вакиа-наме» (книга событий), «гузариш-наме» (книга разъяснений) или «табират аль-вукуат».
Тому, кто не владеет темой достаточно глубоко, табир-наме могут показаться лишь восточным аналогом привычных европейских сонников, однако на деле между ними лежит глубокая смысловая пропасть. Если западная традиция зачастую сводит толкование снов к бытовому любопытству или психологическим играм подсознания, то в мусульманской культуре это — строгая духовная дисциплина. Табир-наме не просто предлагают значения образов, а выстраивают целую методологию, основанную на Коране и сунне, где личность сновидца, его благочестие и даже время сна имеют решающее значение для понимания того, является ли увиденное божественным посланием или пустой игрой воображения, передает Исламосфера.
В исламе важность толкования снов подтверждается сведениями из Корана и хадисов. В Священном Коране упоминается, что пророку Юсуфу было даровано знание толкования, а пророки Ибрахим, Якуб и Юсуф толковали свои сны и действовали в соответствии с ними. Также сообщается о том, как отец Якуб истолковал сон Юсуфа, и как сам Юсуф, находясь в темнице, толковал сны двух юношей, а позже — сон царя Египта. Тот факт, что первое откровение пришло Посланнику Аллаха в виде «благого сна» (ар-ру’я ас-салиха), послужил поводом для включения темы снов и их толкования в своды хадисов. В этой области особо выделяются имена Абу Бакра и его дочери Асмы, Са‘ида ибн аль-Мусайяба и Ибн Сирина.
Литература исламского мира в области толкования снов чрезвычайно богата. Фундаментальное значение имеет наследие Мухаммада ибн Сирина, чей труд «Китаб аль-Джавами‘» заложил основы классической традиции. Не менее важен вклад имама Джафара ас-Садика, чей «Китаб фи та‘бир ар-ру’я» стал связующим звеном между духовным знанием и практикой толкования. В период между XI и XIV веками число специалистов значительно возросло: Хасан ибн Хусейн аль-Халлал в «Табакат аль-му‘аббирин» («Биографии поколений толкователей снов») упоминает уже 7500 толкователей.
Особое значение толкованию снов придавалось в суфизме, в таких тарикатах, как халватия. Поэтому большинство табир-наме имеют суфийский характер. Особое место в истории жанра занимает Абдул-Гани ан-Наблуси, который был шейхом сразу в двух тарикатах — накшбандия и кадирия. Его фундаментальный труд, алфавитный справочник «Та‘тир аль-анам», стал вершиной литературы табир-наме, объединив многовековой опыт предшественников в удобную для читателя форму. Если обычные сонники фокусируются на бытовых событиях (богатство, брак, здоровье), то суфийские авторы рассматривают сон как инструмент воспитания души (нафс) и получения прямого божественного руководства. Среди подобных трудов встречаются дневники сновидений и сборники ответов шейхов на письма дервишей. Любопытным примером является переписка Асие Хатун из Скопье (1641–1643): в письмах своему наставнику она подробно фиксировала сны, превращая процесс толкования в инструмент духовного анализа.
В тюркской культуре сны и их толкование имели огромное значение как в доисламский, так и в исламский периоды. Сон является важным элементом в эпосах о происхождении уйгуров, Огуз-кагане и Деде Коркуте. В «Кутадгу билиг» толкованию снов посвящен отдельный раздел. Большинство та‘бир-наме в тюркской литературе являются переводами с арабского, первыми были переведены труды Ибн Сирина и Джафара ас-Садика. Существуют также книги на турецком, татарском, узбекском, и других центральноазиатских языках. Написанные простым языком, эти труды являются богатыми источниками с точки зрения лексики и народных верований. Большинство из них написаны прозой, хотя встречаются и поэтические формы.
Табир-наме существовали как самостоятельные книги, так и в виде разделов или заметок на полях в трудах по физиогномике (кыяфат-наме) или суфизму. Сюжеты со снами также встречаются в сборниках (джонк, маджму‘а), трактатах, в «Тути-наме» и сказках «Тысячи и одной ночи».
Структурно такие труды обычно состоят из двух частей. В первой приводится вводная информация: место сна в исламе, виды снов, условия толкования; всё это подкрепляется притчами. Во второй части разъясняются значения образов. В завершающей части книг часто встречаются разделы сегир-наме или ихтилядж-наме. Эти жанры, которые можно отнести к разновидности народных гаданий, посвящены толкованию примет и непроизвольных движений тела — например, подергивания глаза или конечностей. В кратких версиях, включенных в сборники, как правило, переходят непосредственно к толкованию символов.
Жанр табир-наме — это не просто памятник литературы, а живое воплощение многовековой исламской традиции. Для мусульманской культуры толкование снов всегда оставалось серьезной дисциплиной, имеющей прочную основу в Коране и сунне. Будь то суфийские дневники, направленные на внутреннее совершенствование, или популярные народные сонники, этот жанр на протяжении веков служил важным инструментом поиска смыслов в повседневной жизни, напоминая о том, что даже самые мимолетные образы сна могут нести в себе важное послание.
Пресс-служба Управления мусульман Узбекистана
Малайзийский центр «Нашр аль-Коран» считается вторым по величине центром печати Священного Корана в мире. При содействии специалистов по арабскому языку и экспертов в области искусства этот центр ежегодно издает тысячи экземпляров Корана с переводами на различные языки.
Как сообщает IQNA со ссылкой на "AP", Мухаммад Ашраф Амир, один из гидов комплекса «Нашр аль-Коран» в Путраджайе, расположенной примерно в 28 километрах от Куала-Лумпура, говорит: "Если люди хотят прикоснуться к Корану или выполнять работу, они всегда должны находиться в состоянии омовения (вуду) ".
Малайзийские официальные лица называют «Нашр аль-Коран» вторым по величине центром печати Корана в мире после «Комплекса короля Фахада по печати Священного Корана» в Медине.
Как сообщает официальное Саудовское агентство новостей (SPA), центр имени короля Фахада производит более 20 миллионов экземпляров Корана в год и выпускает переводы на 79 языков. Его малайзийский аналог способен ежегодно печатать до 3 миллионов экземпляров Корана на 30 различных языках.
Как устрожен процесс печати Корана?
Центр «Нашр аль-Коран» печатает около 15 000 экземпляров Корана в день, а за производственным процессом строго следят от 50 до 80 рабочих.
Этот процесс начинается с печати страниц на больших листах; затем эти листы проверяются на соответствие цветов необходимым стандартам. После этого специалисты проверяют их на наличие любых ошибок, прежде чем одобрить переход листов на следующий этап.
Эти эксперты, известные как «Ляджна тасхих» (Комиссия по корректуре), должны либо свободно владеть арабским языком, либо наизусть знать весь Коран.
После утверждения листы поступают в машины, которые складывают около 8 000 листов в час. Сложенные страницы снова проверяются перед тем, как их сшивают секциями, скрепляют и переплетают в твердый переплет (галингур).
Затем члены «Комиссии по корректуре» проводят вторую проверку. Кроме того, каждый экземпляр Корана взвешивается отдельно, чтобы в случае пропущенной или лишней страницы можно было это обнаружить.
Ашраф говорит, что вес каждого экземпляра должен составлять примерно один килограмм; поэтому, если какая-либо копия оказывается необычно тяжелой или легкой, это может указывать на наличие проблемы.
Воплощение мечты: Коран с чисто малайзийской идентичностью
Ислам достиг Малайского полуострова в начале XIV века. Мусульманские торговцы на протяжении веков, путешествуя по морским путям, соединяющим Юго-Восточную Азию с Индией и Ближним Востоком, способствовали распространению этой религии.
Согласно последней переписи населения страны 2020 года, ислам в настоящее время является религией большинства населения Малайзии: его исповедуют 63,5% жителей страны.
Экземпляры Корана существовали в Малайзии задолго до открытия центра «Нашр аль-Коран». Основатель этого центра стремился создать версию, которая отражала бы художественную идентичность его страны.
Абдул-Латиф, глава «Фонда Ресту» (Yayasan Restu) — некоммерческой организации, управляющей «Нашр аль-Куран», говорит: "Люди думали, что Коран принадлежит арабским странам. Но мы поняли, что можем обучать людей переписыванию Корана".
Этот проект начался в 1987 году с команды всего из двух человек. На завершение первой рукописной копии у них ушло 10 лет.
Абдул-Латиф говорит: "Переписывание Корана — это искусство, поскольку оно сопровождается каллиграфией. Сама письменность также считается искусством".
Малайзия не является арабоязычной страной; поэтому изучение арабского языка стало одной из первоначальных трудностей для команды Абдул-Латифа.
После обучения каллиграфии и арабскому языку были предприняты усилия по поиску методов иллюминирования (тахзиб) каждого экземпляра. Этот термин относится к древнему искусству, в котором страницы украшаются сложными орнаментами, яркими цветами, а иногда и с использованием золота для изображения цветочных и геометрических мотивов.
Абдул-Латиф говорит: "Мы также подчеркиваем исламские принципы красоты, солидарности и сотрудничества. Религия не ограничивается какой-то определенной расой или культурой; скорее, это всемирная культура, которая адаптируется к цветам и мотивам каждого региона".
Находящийся под его руководством центр не только переводит Коран на десятки языков, но и заимствует в каждом издании цветы и мотивы, вдохновленные культурой тех стран, где эти языки распространены.
По словам Абдул-Латифа, на завершение китайской версии Корана ушло семь лет. Преподаватели и наставники, владеющие как китайским, так и арабским языками, курировали процесс ее создания. Все украшения и цвета, использованные в этом издании, вдохновлены китайской культурой. Латиф говорит: когда вы приходите в мечеть в Пекине, ее атмосфера отличается от мечетей в арабских странах или в Малайзии. Красота ислама заключается в том, что он адаптируется к местным цветам, мотивам и традициям каждого региона.
В коллекции «Нашр аль-Коран» также представлены редкие рукописи Корана, в том числе «Мусхаф Малайзия», представляющий собой рукописную копию.
Переписывание каждой страницы занимает от 6 до 10 часов. На завершение всего Корана, насчитывающего около 600 страниц, может уйти от двух до семи лет.
Институт «Ресту» обучает своих каллиграфов в колледже, где студенты знакомятся с исламской каллиграфией и кораническими искусствами. Каждый мастер придерживается уникального стиля, который можно узнать по расстоянию между буквами и толщине линий.
Пресс-служба Управления мусульман Узбекистана