Третий по величине город Швеции, Мальмё, за последние несколько десятилетий превратился в крупнейший мультикультурный и исламский центр Скандинавии. Масштабные миграционные волны кардинально изменили традиционный облик этого европейского мегаполиса, изменив его демографическую структуру, городскую среду и религиозный ландшафт. Сегодня Мальмё часто называют главным окном исламской культуры в Северной Европе, передает Исламосфера.
Демографический сдвиг: исламская община в цифрах
Население Мальмё динамично растет и к настоящему времени превышает 367 тысяч человек. Согласно шведскому законодательству, ведение официальной статистики по религиозному признаку в стране запрещено, однако, по разным оценкам, от 25% до 33% от общего числа жителей Мальмё составляют мусульмане. Это самая высокая концентрация мусульманского населения среди всех крупных городов Скандинавии.
Почти половина (около 54%) жителей города — это иммигранты в первом или втором поколениях. Всего в Мальмё проживают представители более 180 национальностей, говорящих на 150 языках мира. Крупнейшие общины мусульманского происхождения сформировали выходцы из Ирака, Сирии, стран бывшей Югославии, Афганистана и Сомали.
Район Русенгорд: зеркало миграции
Визитной карточкой иммигрантского Мальмё является пригородный район Русенгорд, построенный на рубеже 1960–1970-х годов. Сегодня более 80% (по некоторым оценкам — до 90%) его жителей составляют выходцы из стран Азии и Африки, подавляющее большинство которых исповедует ислам. Район обладает выраженным восточным колоритом: здесь работают халяльные магазины, традиционные арабские рынки и национальные культурные центры.
Именно в этой уличной среде родился и вырос знаменитый шведский футболист Златан Ибрагимович, который впоследствии сформулировал свою знаменитую крылатую фразу: «Можно вывезти парня из Русенгорда, но нельзя вывезти Русенгорд из парня».
Исламская инфраструктура: от монументальных комплексов до подвальных мечетей
Точное количество исламских культовых сооружений в Мальмё назвать сложно из-за сосуществования официальных и неофициальных центров. В городе действуют две монументальные мечети. Центральная мечеть Мальмё, открытая Исламским центром в 1984 году, стала первым официальным мусульманским храмом на территории всей Скандинавии. Сегодня этот духовный центр ежегодно обслуживает до 70 тысяч верующих, при нем функционируют крупная библиотека и национальная исламская школа.
Мечеть Умм аль-Муминин Хадиджа, открытая в 2017 году под эгидой Вакфа Скандинавии, представляет собой современный исламский комплекс площадью около 1800 квадратных метров. Она является крупнейшей в регионе и способна одновременно вместить до 2000 прихожан.
Помимо этих монументальных сооружений, в жилых кварталах Мальмё (особенно в Русенгорде) действует более десятка так называемых «подвальных мечетей». Это небольшие молитвенные залы, организованные национальными диаспорами на цокольных этажах зданий и выполняющие роль локальных религиозных клубов для земляков.
Культурная интеграция и общественная деятельность
Мусульманская община Мальмё ведет активную социокультурную деятельность, которая давно стала частью общественной жизни города.
Здесь проводится крупнейший в Европе фестиваль арабского кинематографа Malmo Arab Film Festival. Проходящий при поддержке Шведского института, он ежегодно собирает ведущих режиссеров мусульманского мира, выступая культурным мостом между Востоком и Западом.
Празднование окончания священного месяца Рамадан (Ураза-байрам) в Мальмё приобрело общегородской масштаб. При поддержке муниципалитета в центральном парке Folkets Park организуются грандиозные народные гуляния, привлекающие тысячи мусульман и немусульман. Программа включает ярмарки халяльной еды, выступления артистов и концерты исламских нашидов.
Исламский центр Мальмё регулярно проводит экскурсии и лекции для шведских школьников, студентов, педагогов и политиков, способствуя снижению уровня ксенофобии. При общинах работают бесплатные спортивные секции для подростков и «языковые кафе», помогающие беженцам быстрее освоить шведский язык.
Несмотря на определенные социально-экономические трудности и вызовы интеграции, мусульманская община Мальмё сегодня доказывает, что исламская культура способна стать органичной и созидательной частью современного европейского города.
Пресс-служба Управления мусульман Узбекистана
Шри-Ланка, являясь одним из крупнейших островов Индийского океана, отличается поразительным этническим и религиозным разнообразием. Большинство ее населения представлено сингалами, исповедующими буддизм, и тамилами, преимущественно индуистами. Третью по численности населения группу составляют ланкийские мавры (самоназвание — ларакалла), на долю которых приходится около 9,3% жителей страны. Обладая уникальным этногенезом, этот народ на протяжении веков балансировал между южноазиатскими традициями и исламской верой, передает Исламосфера.
Происхождение и формирование этноса
Формирование общины ларакалла началось в VIII–XV веках. Арабские и персидские купцы активно осваивали торговые пути Индийского океана, используя Шри-Ланку как ключевой перевалочный пункт. Оседая в прибрежных городах, они вступали в браки с местными сингалками и тамилками. В этногенезе ланкийских мавров также участвовали мусульманские торговые касты из Южной Индии, такие как маппила и мараккар, прибывшие позже.
Островной исламский синкретизм
Оказавшись в изоляции от арабского мира, потомки ближневосточных купцов не ассимилировались, а создали свою уникальную культуру. Они продолжили занятия торговлей, монополизировав рынок пряностей.
Несмотря на арабские корни, родным языком ларакалла стал тамильский. Однако их диалект специфичен: он насыщен арабской, персидской и сингальской лексикой. До середины XX века они использовали уникальную письменность арви — записывали тамильские слова арабской графикой. Сегодня этот язык находится на грани исчезновения.
Матриархальные традиции
Также вразрез с классическими патриархальными традициями Ближнего Востока, мавры восточного побережья переняли у местных тамилов матрилинейный уклад. Каждый член общины от рождения принадлежит к клану матери, имущество и дома наследуются дочерьми, а после свадьбы муж обязательно переходит жить в дом жены.
Одежда и кулинария
В одежде и быту у ларакалла наблюдается синтез исламских и южноазиатских традиций. Мужской костюм состоит из традиционного южноазиатского саронга, который обязательно дополняется мусульманской шапочкой (топи) или узорчатой феской. Женщины носят классическое индийское сари, но драпируют его особым способом: свободный край ткани не перебрасывается через плечо, а оборачивается вокруг головы на манер хиджаба.
Кухня мавров знаменита на весь остров. Известнейшими блюдами являются цейлонский бирьяни (пряный рис с мясом по старинным рецептам арабских моряков) и десерт ватталаппам — нежный кокосовый пудинг с добавлением местного пальмового сахара джаггери, яиц и кардамона.
Суфийские традиции
Религиозная жизнь мавров тесно связана с суфийскими орденами Кадирия и Шазилия. Гробницы (зияраты) суфийских праведников в Берувеле и Галле до сих пор служат центрами паломничества, где проводятся ежегодные масштабные фестивали, напоминающие религиозные праздники Южной Индии.
Заложники двойственной идентичности
Исторический путь мавров на острове полон драматизма. В XVI–XVII веках они подверглись жестоким гонениям со стороны португальских колонизаторов, стремившихся монополизировать торговлю корицей и уничтожить ислам. Другим источником проблем стала их двойственная идентичность. В годы гражданской войны (1983–2009 гг.), когда тамилы пытались добиться независимости, община оказалась «меж двух огней»: тамильские сепаратисты требовали от них поддержки на основании общего языка, но мавры выбрали лояльность сингальскому правительству. Расплатой за этот выбор стали кровавые этнические чистки и массовое изгнание мусульман боевиками с севера острова. Даже в наши дни их положение остается шатким: возвращение ларакалла в Джафну и Маннар, где они исторически проживали, идет крайне медленно из-за земельных споров, а сама община периодически сталкивается со вспышками радикального сингальского национализма.
Пресс-служба Управления мусульман Узбекистана