15 Сентябрь, 2026, 4 Раби ас-сани, 1448
15 Сентябрь, 2026, 4 Раби ас-сани, 1448
Совет сотрудничества тюркских государств был преобразован в Организацию тюркских государств в ноябре на встрече глав государств в Турции. Корреспондент Kun.uz побеседовал с генеральным секретарем организации Багдадом Амреевым о деятельности и планах организации на будущее, ее месте в регионе и мире.
- Как вы охарактеризуете этапы становления и развития Организации Тюркских Государств? Почему «Совет сотрудничества тюркоязычных государств» был переименован в «Организацию Тюркских государств»?
- Первый этап развития начался сразу же после распада СССР и Саммита глав тюркоязычных государств, состоявшегося в 1992г. в Анкаре, в котором приняли участие президенты Азербайджана, Казахстана, Кыргызстана, Туркменистана, Турции и Узбекистана.
Позже такие встречи президентов проводились в Стамбуле в 1994, 2001 и 2010 гг., Бишкеке в 1995 г., Ташкенте в 1996 г., Астане в 1998 г., Баку в 2000 г., Анталии в 2006 году.
Второй этап, можно назвать юридическим оформлением нашего механизма сотрудничества. В 2009 г. в Нахичевани был создан Совет сотрудничества тюркоязычных государств. В последующие годы нам удалось институционализировать наше секторальное сотрудничество и создать аффилированные платформы, такие как ТюркПА, Тюркская академия и Тюркский фонд культуры и наследия. Этот этап становления нашей структуры завершился ее расширением за счет вступления Узбекистана в качестве полноправного члена.
С проведением в ноябре этого года исторического саммита в Стамбуле для нашей тюркской семьи начался третий этап, который запомнится как важный поворотный момент для Организации, когда отношения между государствами-членами вступили в новую эру более тесного и всестороннего сотрудничества.
В ходе саммита Президенты тюркских государств приняли решение об изменении названия Тюркского совета на «Организацию тюркских государств», что будет способствовать реализации его реального потенциала, повышению его значения и усилению роли в международном сообществе. Кстати, о причине переименования. В отличие от предыдущего, нынешнее название подчеркивает принадлежность народов наших стран к единой идентичности, которая характеризуется не только общностью языка, истории, многовековых традиции, культуры и духовной ценности, что само по себе очень и очень важно. Они объединены также и общностью политических, экономических и культурно-гуманитарных интересов, что естественно для стран, находящихся в общем геополитическом, экономическом и культурном пространстве.
- Каковы различия между государствами-членами и государствами-наблюдателями в Организации? Могут ли государства, не являющиеся тюркскими, стать членами Организации?
- Мы уже отметили, что наша организация основана на общей тюркской идентичности, ее полноправными членами могут стать только суверенные государства, относящиеся к тюркским.
В настоящее время, пять стран являются полноправными членами Организации, а два государства имеют статус наблюдателя.
Следует отметить, что в отличие от других региональных организаций, наши наблюдатели имеют более широкий круг полномочий по участию в деятельности ОТГ. Как правило, они представлены практически во всех наших форматах взаимодействия, начиная от экспертных встреч и заканчивая саммитами глав государств. Единственное существенное различие – наблюдатель не участвует в принятии решений Организации, то есть в голосовании.
Конечно, характер ОТГ не позволит неограниченного расширения состава, а наблюдателями также могут быть только те страны, которые в качестве одного из официальных языков имеют один из тюркских языков.
Поэтому в ходе Стамбульского саммита мы также утвердили Положение о партнерах Организации тюркских государств, тем самым на деле продемонстрировали открытость нашей структуры к налаживанию конструктивного партнерства с третьими государствами и международными организациями. Теперь Партнером может стать практически любое государство при условии готовности вносить реальный вклад в развитие взаимовыгодного сотрудничества в той или иной сфере.
Около 15 стран изъявили желание установить разные форматы сотрудничества с ОТГ. Это говорит о хорошей репутации нашей организации, и о том, что ее международный имидж неуклонно растет.
- Каковы планы по развитию транспортно-транзитного потенциала государств-членов Организации тюркских государств? Например, по суше или через Каспийское море?
- Наша организация придает приоритетное значение развитию сотрудничества в сфере транспорта и логистики. Данное направление занимает особое место в недавно принятом стратегическом документе «Видение Тюркского мира - 2040».
В центре всех наших усилий находится обеспечение транспортной взаимосвязанности наших стран. В этом контексте приобретает особую важность вопрос превращения Транскаспийского международного среднего коридора в самое короткое, безопасное и конкурентоспособное транспортное соединение между Востоком и Западом.
На ближайшей перспективе наше основное внимание будет акцентировано на облегчение транспортных и транзитных процедур в государствах-членах ОТГ, в том числе посредством применения современных цифровых инструментов. Это, в первую очередь – «eTIR», «ePermit» и «eCMR». В ноябре 2020 года мы совместно с Международным союзом автоперевозчиков (МСАТ) запустили пилотный проект «цифровой ТИР» между Узбекистаном и Казахстаном. В начале следующего года наметили расширение данного проекта с включением в него Кыргызстана. Кроме того, впервые в мире вышли на реализацию в тестовом режиме проекта «ePermit» между Узбекистаном и Турцией. Сейчас ведется работа по внедрению в наших странах инструмента «eCMR» совместно с Европейской экономической комиссией ООН.
Другая наша задача заключается в совершенствовании правовых основ транспортного сотрудничества. В частности, в рамках организации прорабатываем проект межправительственного соглашения о комбинированных перевозках, которое направлено на создание благоприятных условий при транспортных операциях через Каспийское море.
Наша организация также способствует переговорным процессам по заключению соглашения о международных автомобильных перевозках между Узбекистаном и Азербайджаном. В апреле этого года организовали экспертные встречи двух стран по согласованию текста указанного документа. Надеемся, что в скором времени выйдем на его подписание.
В наших планах поддержание эффективной координации усилий между непосредственными транспортными операторами – это морские и сухие порты, логистические центры. Для этого у нас создан механизм «Порты-побратимы». В этом году, наряду с турецким портом «Мерсин», три узбекских логистических центра – «Universal Logistics Services» в Ташкенте, «Ахтачи» в Андижане и «Термез карго центр» в Сурхандарье присоединились в данный процесс, а в следующем году планируем проведение его очередной встречи в Узбекистане.
- На встрече министров торговли организации говорили об установлении взаимно преференциальных и свободных торговых режимов. Какая работа ведется в этом направлении и можно ли ожидать, что экономические отношения между членами организации достигнут уровня Европейского союза?
- При взаимодействии в торгово-экономической сфере мы исходим из того, что некоторые наши государства-члены уже участвуют в других интеграционных процессах, нацеленных на создание единой экономической зоны. Соответственно, на ближайшей перспективе такой вопрос не стоит в повестке нашей организации. Тем не менее, наша главная задача в долгосрочном плане, как это предусмотрено в «Видении Тюркского мира – 2040», является достижение свободного передвижения товаров, капитала, услуг, технологий и людей между государствами-членами.
Что касается преференциальной торговли товарами, наши страны идут по пути заключения таких соглашений на двусторонней основе. К примеру, в феврале 2020 года подписано соглашение о преференциальной торговле между Азербайджаном и Турцией. Оно несомненно способствует увеличению взаимного товарооборота за счёт снижения таможенных тарифов и создания благоприятных условий для экспортно-импортных операций. Ведется также активная проработка аналогичного документа между Узбекистаном и Турцией.
В повестке дня также создание первой тюркской экономической зоны «Туран СЭЗ» в Туркестане. Одновременно будем активизировать деятельность Тюркской торгово-промышленной палаты и Делового совета. Они действительно могут стать эффективными инструментами развития предпринимательства в Тюркских странах. К тому же, идет работа по созданию правовых рамок для развития электронной коммерции.
- Могут ли быть подписаны соглашения об упрощении миграционного порядка и обмене рабочей силой между государствами-членами Организации тюркских государств?
- Вопрос очень актуален, особенно в период пандемии. В первую очередь, необходимо создать благоприятные условия для граждан государств-членов, временно находящихся на территории тюркских стран. Это касается упрощения визового режима, получения разрешения на работу и их социальной зашиты путем обеспечения страхованием и доступной медицинской помощи.
Соответствующая правовая основа для упрощенного миграционного порядка между нашими странами уже имеется. К примеру, граждане Азербайджана, Казахстана, Кыргызстана и Узбекистана могут находиться без визы на территории Турции сроком до 90 дней. Граждане Турции также могут находиться в Азербайджане и Кыргызстане до 90 дней, а в Казахстане и Узбекистане – 30 дней.
Думаю, что сейчас нет острой необходимости в подписании многостороннего соглашения об упрощенном миграционном порядке. Однако, есть возможность подписания соглашения о защите прав законно трудящихся мигрантов. Такая практика уже имеется между Узбекистаном и Турцией.
- Как вы оцениваете вклад Узбекистана в развитие сотрудничества в рамках Организации тюркских государств?
Вступление Узбекистана в Организацию стало значимым событием в укреплении единства Тюркского мира.
Как неотъемлемая часть Тюркского мира, Узбекистан всегда участвовал в процессе формирования нашей организации и до своего формального вступления в ОТГ. Он всегда был и остается страной, духовное наследие которой является одной из фундаментальных основ, экономической и культурной колыбелью Тюрко-Исламской цивилизации.
Благодаря конкретным инициативам, выдвинутым Президентом Узбекистана Шавкатом Мирзиёевым на саммитах в Баку в октябре 2019 года, апреле 2020 года, в Туркестане в марте 2021 года и в Стамбуле в ноябре 2021 года, открываются неиспользованные ранее возможности взаимовыгодного партнерства между государствами-членами.
Текущий год стал продуктивным с важными событиями для Тюркского мира. В этом невозможно переоценить роль Узбекистана. В июне этого года в Коканде провели 6-ое заседание министров туризма, в ходе которых обсудили реализацию проекта «Табаррук зиярат», инициированного ранее Президентом Узбекистана Шавкатом Мирзиёевым. Стороны полностью поддержали данный проект, договорились сформировать рабочую группу по его реализации и создать туристическую карту объектов паломничества наших стран.
Кроме того, город Коканд впервые объявлен «Туристической столицей Тюркского мира». В течение 2022г. планируется проведение масштабных мероприятий в наших государствах-членах для продвижения туристического потенциала и бренда этого города.
В сентябре этого года мы впервые провели в Узбекистане Форум молодых предпринимателей, инициированный лидером Узбекистана, в котором приняли участие более 250 молодых предпринимателей из тюркских стран. В рамках форума также провели 5-ое заседание Министров по делам молодежи и спорта нашей организации.
В честь объявления Хивы «Культурной столицей Тюркского мира», в сентябре текущего года в Хиве проведен Международный культурный форум «Центральная Азия на перекрестке мировых цивилизаций», а также 38-е заседание Постоянного совета министров культуры государств-членов ТЮРКСОЙ.
Знаковым событием стало учреждение по инициативы Президента Узбекистана Шавката Миромоновича международной премии Организации тюркских государств имени Алишера Навои «За вклад в единство Тюркского мира», что еще раз подтверждает признание его особой роли и вклада в объедении тюркских народов.
Пресс-служба Управления мусульман Узбекистана
История коранического чтения в исламском мире, и в особенности в Египте, уходит корнями гораздо глубже эпохи звукозаписи и радиовещания. Это искусство, зародившееся в первые века ислама, опираясь на традицию «чтения с мелодикой», постепенно превратилось в один из самых мощных инструментов культурной «мягкой силы» мусульман, достигнув своего художественного и социального расцвета через такие формы, как пятничные чтения в мечетях, азан и государственную поддержку.
По сообщению IQNA, несмотря на то, что Египет является колыбелью искусства коранического чтения для всего исламского мира, в современном медиапространстве наблюдается процесс «постепенного забвения подлинных школ» и «разрыва между новым поколением чтецов и наследием предшественников». Сегодня коммерческое и поверхностное исполнение зачастую вытесняет глубокое, созерцательное чтение. Сложные техники, такие как правила остановки (вакф), начала чтения (ибтида), интонация (лахн) и таджвид — плод многовекового опыта египетских мастеров — не получают должного документирования и популяризации.
В этой серии репортажей IQNA стремится проследить эволюцию этого искусства — от «старой школы» до эпохи «гениев чтения». Анализируя текущую ситуацию, мы хотим навести мост между аутентичными египетскими техниками и художественными потребностями современного слушателя, чтобы искусство чтения Корана перестало быть «исключительно имитационным обрядом» и вернулось к состоянию «живого и динамичного потока». Выдающиеся современные исполнения черпают силы в традиционной египетской школе, и понимание этого исторического пути необходимо для осознания сути коранического чтения. Кроме того, популяризация стилей и инноваций египетских первопроходцев служит лучшим ориентиром для молодых чтецов в деле повышения технических и духовных стандартов их мастерства.
Газета «Аль-Йоум ас-Саби» пишет по этому поводу: хотя технология звукозаписи появилась в Египте в 1903 году, искусство коранического чтения не сразу воспользовалось плодами модернизации. В первые годы работы звукозаписывающих компаний в Египте великие чтецы отказывались записывать свои выступления. Это касалось и певцов, которые с недоверием относились к новому изобретению и предпочитали выждать несколько лет, наблюдая за результатами экспериментов артистов второго эшелона.
В отношении чтения Корана ситуация была еще сложнее: любые технические новшества, касающиеся Священного Корана, вызывали сомнения и религиозные опасения. От них воздерживались до тех пор, пока время не доказывало состоятельность изобретения, делая его неотъемлемой частью реальности.
Кроме того, задержке процесса записи способствовал и фактор ограниченного времени: в первые годы оно не превышало трех минут, а позже увеличилось до шести. Безусловно, этого было недостаточно для фиксации чтения, которое могло бы отразить подлинное величие и реальный масштаб искусства того времени.
Старейшая записанная копия чтения в Египте
Самая ранняя дошедшая до нас запись коранического чтения датируется 1905 годом: шейх Мухаммед Салим читает суру «Марьям». В следующем году он записал чтение суры «Юсуф».
Об этом человеке, чьи грампластинки с песнями также сохранились, известно немного. Это оставляет открытым вопрос: был ли он одним из великих профессиональных чтецов или просто вокалистом, записавшим эти фрагменты в качестве пробы для звукозаписывающих компаний?
Исследование истории великих чтецов за первые 25 лет XX века выявляет четыре имени, чьи записи на сегодняшний день утрачены: Махмуд аль-Кайсуни, Хусейн ас-Саваф, Ханафи Бурай и шейх Ахмед Нада. Последний стал настоящим корифеем этого искусства и скончался в 1932 году, за два года до открытия египетского радио.
Открытие радио стало важнейшим событием, которое запечатлело память о таких мастерах, как шейх Мухаммед Рифат (1882–1950 гг.). Именно его голос прозвучал 31 мая 1934 года на открытии египетского радио, и он по праву считается основателем этого искусства в истории чтения Корана.
Несмотря на известность, которую Рифат обрел за десятилетия до открытия радио, уникальная красота его голоса и глубина чувств были увековечены именно благодаря этому средству массовой информации. Около десяти лет он оставался непревзойденным чтецом по уровню присутствия и популярности, главной «звездой» эфира, с которой могли соперничать лишь Умм Кульсум и Абдель Ваххаб, пока болезнь в 1943 году не вынудила его прекратить выступления. Он по-прежнему занимает особое место в сердцах слушателей, которое никто не оспаривает и по сей день.
Из поколения шейха Рифата на радио был представлен и другой, более старший мастер. Это шейх Али Махмуд (1878–1943 гг.) — чтец, певец и исполнитель нашидов, записавший в 1920-х годах несколько пластинок с песнями. Однако до нас дошло лишь шесть записей его коранического чтения, которые, по всей вероятности, были сделаны в частном порядке.
Но самым значимым именем после шейха Рифата в том поколении является шейх Абдуль-Фаттах аш-Шаашаи (1890–1962 гг.) — второй чтец, выступивший на радио. Он начинал как певец, а затем стал чтецом. Хотя до нас дошло лишь несколько его записей, он обладал грандиозным голосом и занимал высокое положение в искусстве чтения. Он прожил долгую жизнь, и сохранилось богатое наследие его записей, в которых он сохранял мощь и блеск своего голоса до самых последних дней.
Золотой век и период упадка чтения Корана в Египте (часть 4)
В течение 1930-х годов к радиовещанию присоединился ряд чтецов из последующих поколений, самыми выдающимися из которых были шейх Таха аль-Фашни (1900–1971) и шейх Абдул-Азим Захир (1904–1971). Затем на арену вышли два молодых мастера, достигшие признания еще до своего двадцатилетия: шейх Абуль-Айнэйн Шуайша (1922–2011) и шейх Камиль Юсуф аль-Бахтими (1922–1969). Некоторое время они выступали на радио, затем прерывали сотрудничество, но вернулись к работе в 1940-х годах.
1940-е и начало 1950-х годов ознаменовались приходом на радио целого ряда выдающихся чтецов, которых сегодня почитают за их колоссальный вклад в развитие искусства чтения, его популяризацию и богатство сохраненного звукового наследия.
Самые известные и влиятельные египетские чтецы
Среди наиболее прославленных имен этого периода можно назвать Махмуда Халиля аль-Хусари (1917–1980), Махмуда Али аль-Банну (1926–1985), Абдуль-Басита Мухаммада Абдус-Самада (1927–1988) и Мухаммада Сиддика аль-Миншави (1920–1969), а также шейхов Шуайшу и аль-Бахтими, которые начали выступать на радио раньше них. Однако центральной фигурой этого периода, самым влиятельным и одаренным чтецом был шейх Мустафа Исмаил (1905–1978).
Шейх Мустафа Исмаил пришел на радио с высочайшего уровня — из королевского дворца. В 1944 году он был приглашен во дворец из своей деревни в Танте после того, как однажды блестяще прочел Коран в Каире. Он стал личным чтецом королевского двора и занимал эту должность восемь лет, вплоть до свержения египетской монархии в 1952 году. Радио транслировало его чтение из дворца еще до того, как он стал штатным чтецом эфира.
Самая масштабная художественная трансформация в искусстве коранического чтения связана именно с именем шейха Мустафы Исмаила. Он сделал это искусство более проникновенным и доступным, превратив длинные мелодические фразы в завораживающее чтение, которого ждал слушатель.
Благодаря этим художественным новшествам, продиктованным уникальным голосовым диапазоном, дарованным ему Всевышним, изменилась сама форма чтения. Аудитория в мечетях, на похоронах и общественных собраниях стала глубже взаимодействовать со Священным Кораном. Это отчетливо прослеживается в сохранившихся записях шейха Мустафы Исмаила.
Современники шейха Мустафы Исмаила попали под влияние его новаторского стиля, который для многих стал каноном. Начиная с 1950-х годов, искусство чтения Корана превратилось в один из важнейших инструментов «мягкой силы» ислама и Египта. Чтецы стали звездами общества, их ежегодно приглашали для выступлений в арабские, исламские и даже неисламские страны. Они обрели огромную популярность в Марокко и Индонезии, а египетская школа чтения благодаря этому поколению стала официальным стандартом исламского мира, который слушали и которому подражали повсеместно.
1960-е годы и далее: утрата Египтом центральной роли
1960-е годы ознаменовались ростом числа записей религиозных церемоний, а также появлением новых форматов, таких как «Коран тартиль», впервые записанный шейхом Махмудом Халилем аль-Хусари в 1960 году. В последующие годы эту практику переняли четыре других великих чтеца, что открыло новые пути для восприятия коранических чтений. Впервые был создан полноценный аудиодокумент всего Корана, что дало толчок к появлению других подобных проектов.
В 1960-е годы радио также представило аудитории ряд талантливых чтецов разного уровня подготовки. Однако они уже не достигали того же уровня креативности и популярности, что их предшественники. Это можно объяснить изменениями технических условий радиовещания или, возможно, эволюцией вкусов слушателей. Среди наиболее известных чтецов, пришедших на радио в 1960-е годы, были Ибрагим аш-Шаашаи, Мухаммад Абдуль-Азиз Хассан, Ахмад Мухаммад Амер и Мухаммад Ахмад Шабиб.
Однако в последующие годы, в 1970-е, произошел сдвиг, лишивший радио его доминирующего статуса. В деревнях широко распространились кассетные магнитофоны, транслирующие записи всех чтецов без разбора. Появились компании по производству кассет, ориентированные на местных чтецов, не прошедших проверку радиовещания; некоторых из них даже осуждал Аль-Азхар. Радио перестало быть единственным каналом распространения. В дальнейшем, с развитием интернета, ситуация изменилась еще кардинальнее: у каждого чтеца появились свои сайты, каналы на YouTube и страницы в социальных сетях. Они начали вести прямые трансляции в высоком качестве, без какого-либо контроля со стороны специальных комитетов, без художественной классификации или академического руководства. Несомненно, эта всеобщая открытость стерла границы, снизила общий художественный уровень и уравняла шансы всех чтецов, независимо от их истинного мастерства.
Пресс-служба Управления мусульман Узбекистана
Иман 
Молитва 
Голодание 
Закот 
Хадж 
Коран 
Уроки Ислама 
Контакт 